заломил руку вверх и назад. И с силой крутанул запястье. Абдиас пронзительно вскрикнул. Хрустнула кость. Нож, блеснув в солнечных лучах, ртутной каплею упал на песок. Не в силах устоять перед напором Блейда, старец опустился на колени. Нависая над ним и зорко следя за малейшими движениями, странник наклонился, поднял кинжал, затем приставил его к горлу Абдиаса. - А теперь давай поговорим... советник. Вместо ответа старик попытался плюнуть ему в лицо, но слюны в пересохшем рту не было. Блейд усмехнулся. - Что за странные превращения! А давно ли ты называл меня своим другом? - Абдиас попытался опустить голову, но движением клинка Блейд заставил его поднять подбородок. - Ну да ладно. Твои симпатии - это твое личное дело. Но мне хотелось бы получить ответы на несколько вопросов. - Я ничего не собираюсь говорить тебе, ублюдок, - просипел старик. Блейд пожал плечами. - Полагаю, пролежав пару часов связанным на солнцепеке, ты изменишь свое мнение. А если и нет... В конце концов, дело твое. Без этого разговора я вполне могу обойтись. Но вот смерть без воды будет неторопливой и мучительной, уж можешь мне поверить. - Он скривил губы в мрачной усмешке. - Не думаю, чтобы Фригга явилась поить тебя с ложечки. - Фригга... - Да, поговорим о Фригге. - По глазам старика Блейд видел, что тот сломлен угрозой. Самое время было начать разговор. - Расскажи мне об этой чудесной богине. И какое отношение к ней имеешь лично ты. - Как ты узнал?.. - Глаза Абдиаса выкатились из орбит. - Я задаю вопросы, а не отвечаю на них. - В голосе Блейда не было злобы, лишь добродушная насмешка победителя. - Кое-что я заподозрил еще на корабле, когда ты поклялся Фриггой, а не Тунором. Подобного я не слышал ни от одного мужчины в Альбе. Ну, была и еще пара мелочей. А теперь отвечай! Абдиас помялся еще немного, но, взглянув на острие кинжала у самого горла, на бесконечную мертвую пустыню, обреченно вздохнул. - Нас очень мало, - прошептал он устало. - Очень мало мужчин, принявших истинную богиню. Тунор - не более чем имя... Его поминают по привычке, им клянутся, к нему взывают... Но он молчит! Я не знаю, почему. Возможно, другие боги пленили его, как Хейра, а люди просто не знают об этом. Или он не желает принимать участия в земных делах... не знаю. Но истинная богиня лишь одна - мать Фригга. Старик остановился перевести дух. На лбу и на щеках у него выступили капли пота, мгновенно высохшие под солнцем. Взгляд водянисто-серых глаз казался мертвым, обращенным вовнутрь. Он словно и не сознавал более происходящего. Блейд заметил, что тембр его голоса неуловимо изменился. Казалось, что старик лишь открывает рот, а говорит за него кто-то другой. Он встряхнул Абдиаса. - Очнись, старик, должно быть, солнце напекло тебе голову. Ты сам не знаешь, что говоришь. Не ты ли шептал в воде заклинания, оживившие амулет? Может быть, его вид отрезвит тебя? Смотри! Он резким движением вытащил Ариан. По телу советника пробежала судорога, на губах выступила кровавая пена. Глаза закатились. - Ты погибнешь, Блейд! - ровным голосом промолвил он. И голос этот настолько не соответствовал перекосившемуся лицу, казался таким чужим и нездешним, что страдник содрогнулся. - Ты погибнешь, и истинная вера воцарится в этом жалком мире! И пусть братья начнут биться друг с другом! Наступит век мечей и секир, век бурь и волков, но останутся посвященные, и Великий Час Воды наступит... Лицо Блейда перекосилось от ярости, и он швырнул талисман в лицо старику. - А теперь слушай меня, Абдиас! Слушай - ты, или тот, кто говорит твоими устами. Я клянусь, что избавлю этот мир от безумных богов! Люди сами вольны распоряжаться своей судьбой, и я не позволю никому встать на моем пути! Никому. Ты слышишь? Никому!.. Он гневно тряс безмолвного старца, как тряпичную куклу, за тощие плечи, пока не понял, что тот потерял сознание. Наступило молчание. Где-то далеко у скал плескался прибои, волны с шуршанием ложились на песчаный берег, чуть слышно шелестела выжженная трава... Феррел, вместе с остальными прислушивавшийся к разговору, сдавленно охнул. Для этих людей боги являлись повседневной реальностью, и человек, на которого ополчились высшие силы, был несомненной угрозой для остальных. Холодным взглядом Блейд окинул своих спутников. Не соберется ли кто из них, в угоду богине, исполнить священный замысел?.. Но нет! Они были слишком измождены. И слишком боялись его, что также немаловажно. Он вновь перевел взор на Абдиаса: тот недвижно лежал на горячем песке. Блейд пнул ногой распростертого рядом моряка: - Вставай, отродье свиньи! Теперь нам по очереди придется тащить старика. Вставай, или я укорочу тебя ровно на голову! * * * "...ты погибнешь, и истинная вера воцарится в этом жалком мире! И пусть братья начнут биться друг с другом! Наступит век мечей и секир, век бурь и волков, но останутся посвященные, и Великий Час Воды наступит..." Она прошептала эти слова воспаленными губами и устало откинулась на резную спинку кресла. Собственное бессилие внезапно разгневало ее и, выхватив из-за пояса стилет с рукояткой, изображавшей рыцарей с пажами и конями, она с силой вонзила его в полированную столешницу. "Ты погибнешь!" И услышав слова эти, закопошились от ужаса гады на дне морском, ощетинившись месивом острых плавников и хвостов. * * * На закате они сделали еще один недолгий привал. Вода подошла к концу. Блейд сказал себе, что если сегодня ночью они не достигнут Канитры, то завтрашний день большинству пережить окажется не под силу. И ускорил ход. Как ни странно, теперь почти все держались с ним рядом, словно недавняя сцена придала им сил. Неподвижное тело Абдиаса тащили, спотыкаясь, по очереди. Блейд по-прежнему не обращал на попутчиков никакого внимания. Впрочем, теперь равнодушие его было вызвано не отупением и усталостью, но глубокой задумчивостью. Боги Альбы... Чем больше он думал о них, тем сильнее, волной черной горечи, вставала в сердце ненависть. Кем бы они ни были - богами ли, духами стихий, пришельцами, - они присвоили себе право управлять этим миром, вершить судьбы его обитателей, не считаясь ни с их желаниями, ни с самой жизнью. Но если альбийцев роль покорных пешек устраивала вполне, то Блейд поддаваться не собирался. До сих пор он был просто настороже, занимая оборонительную позицию. Когда на него нападали - защищался. Спасал свою жизнь и жизнь близких людей. Теперь же чаша его терпения, и без того не слишком глубокая, переполнилась окончательно. Он горел жаждой мести. Долгая жизнь научила его самоанализу, и он вынужден был признаться себе, что отчасти гнев его вызван тем, что оба раза нападавшие божества были женщинами. Друзза через своих служительниц пыталась подчинить его своей воле, превратить в безвольную марионетку; Фригга - лишить самой жизни. Он привык к несколько иному отношению со стороны слабого пола. Возможно... Ричард Блейд никогда не сносил обид. В этом воспитание его оказалось, видимо, недостаточно христианским, но именно такое качество не раз спасало ему жизнь. И он был уверен в своих силах и на сей раз. Кем бы ни были эти милые дамы, он не позволит им распоряжаться своими жизнью и разумом. А уж если им так нравится играть с огнем - пусть будут готовы обжечься! Феррел, шедший рядом, вдруг отпрянул, видимо, заметив на лице Блейда ожесточенную гримасу. Заметив это, тот довольно усмехнулся. В жизни он редко видел любовь со стороны окружающих, и еще реже искал ее. Страх и ненависть тоже могут доставлять удовольствие... - Мы будем идти всю ночь, - объявил он своему отряду. ...На рассвете они вышли к Канитре. * * * Крепостные стены из желтоватого песчаника делали город похожим на золотистое облачко, опустившееся на мертвую уродливую равнину. Но вблизи это впечатление быстро рассеивалось: слишком грозными были укрепления, стены скалились копьями стражников, и наготове стояли котлы с расплавленным свинцом. Блейд с удовольствием обозревал открывшееся взору зрелище. Особенно радовал глаз лес мачт в гавани... Они подошли к крепостным воротам, выкованным из меди, блестевшей на солнце там, где она не покрылась толстым слоем зеленой патины. Безыскусный орнамент на створках демонстрировал практичность жителей города. У ворот сидели нищие, собаки грызлись из-за объедков, между голыми детьми шныряли жирные нахальные стервятники, неуклюже хлопая огромными крыльями. Несколько человек в просторных накидках, судя по одежде - купцов из стоящего поодаль каравана, бранились со стражниками. Когда Блейд, во главе своей разношерстной компании, подошел к ним, двое солдат с кривыми мечами преградили путь. - Кто вы такие и что за дело у вас в Канитре? Матросы за спиной у Блейда загудели, хором пустившись в сбивчивые объяснения, но властным жестом, не оборачиваясь, странник оборвал их. - Мне нужен ваш капитан. И поживее, - бросил он стражам. Тот, что постарше, в раздумье почесал в черной бороде. Глаза из-под шлема смотрели настороженно и недобро. - Клянусь Тунором... С какой стати капитану тратить время на всякий сброд? Бессонная ночь и тяготы пути, должно быть, не лучшим образом сказались на нервах Блейда. К тому же стоять здесь на солнцепеке не доставляло ему удовольствия. Он угрожающе поднял Айскалп. - Мне надоело терять время с недоумками! Пошевеливайся, парень! Иначе твоим сменщикам придется поискать тебя на том свете! Феррел и кто-то еще из матросов довольно захохотали. Похоже, они достаточно верили в Блейда и в то, что он в состоянии привести свою угрозу в исполнение. Должно быть, после минутных колебаний стражник также догадался об этом. Пожав плечами, он бросил напарнику: - Пойду за капитаном. Ты пригляди пока за ними. - И, заметив, что второго стража, судя по всему, перспектива эта отнюдь не радует, угрожающе бросил Блейду: - Ну, смотри! С капитаном будешь разбираться сам! Блейд молча кивнул. Лицо капитана, появившегося через несколько минут в сопровождении стражника, заспанное и угрюмое, показалось ему смутно знакомым. Внезапной искрой мелькнуло воспоминание. Если он не ошибся, это могло оказаться невероятной удачей! Неужели судьба повернулась-таки к ним лицом? Блейд едва осмеливался в это поверить. Если только он не ошибся... - Хенрик, дружище! - воскликнул он с подчеркнутой радостью, стараясь выглядеть куда уверенней, чем чувствовал себя в этот момент, - Тебя, похоже, можно поздравить с повышением? Капитан стражи недоуменно воззрился на пришельца. Ему не нравился вид этих оборванных, грязных, усталых людей, явно не один день проведших в дороге, под палящим солнцем. - Кто вы такие и что... - начал он грозно, как вдруг замер на полуслове. - Т-ты, гос-сподин?.. Н-не может быть! Блейд улыбнулся. Благодарение всем богам в тренированной памяти - она не подвела и через столько лет! В первое посещение Альбы он лишь пару раз видел этого малого на корабле Ярла. Он был тогда простым десятником... И всего раз при нем назвали его имя... Однако самого Блейда Хенрик явно запомнил куда лучше. Капитан стражи склонился в почтительном поклоне перед рослым человеком в лохмотьях. Человеком, который восемь лет назад был главой пиратского воинства, владыкой десятков кораблей, повелителем жизни и смерти... - Господин мой... Буду счастлив служить тебе, чем могу. Приказывай! Блейд вынул из-за пазухи письмо Сильво. Честь и хвала смекалке косоглазого - оно было завернуто в промасленную кожу и почти не пострадало от воды. Восковая печать Крэгхеда выделялась кровавым пятном. - У меня срочное послание к Ярлу. Он сейчас в городе? Хенрик торопливо закивал, восторженно разглядывая Блейда. Посмотреть и впрямь было на что! Исхудавший, с кожей, изъязвленной солью и солнцем, располосованным предплечьем и спутанными выгоревшими волосами, победитель Краснобородого угрюмо усмехнулся в ответ. - Тебе повезло, господин, - Хенрик согнулся в поклоне. - Повелитель наш вернулся только вчера. Отдыхает во дворце. Ну что ж, решил Блейд, удача и впрямь на его стороне. Честь и хвала этой изменчивой девке! - Проводи меня к Ярлу, - коротко повелел он. И, когда они уже тронулись в путь, остановился вдруг, вспомнив о чем-то. - Ах, да... прикажи своим парням, пусть позаботятся о моих людях, особенно о старике. Его надо отправить во дворец, к лекарям. И поживее... Чувство ответственности за ближних было не чуждо Ричарду Блейду. Особенно если это ничего не стоило ему и у него не намечалось более важных дел. Глава 7. Канитра Хенрик уверенным шагом вел Блейда по узким улочкам Канитры. Сперва он пытался завязать разговор, но, поняв, что не дождется от спутника ничего, кроме угрюмого ворчания, почтительно смолк. Блейд же был едва ли в состоянии реагировать на происходящее. Последние дни он держался только благодаря своей нечеловеческой воле, но и его ресурсы были небезграничны, и теперь, когда изнурительный переход был закончен, усталость взяла наконец свое. Перед глазами все плыло; он едва замечал, куда идет. От города оставалось лишь ощущение непрекращающегося гомона - но, возможно, это просто звенело у него в ушах. И все же привычные инстинкты разведчика взяли верх. Превозмогая дурноту, Блейд принялся осматриваться по сторонам. Стены глинобитных домишек, обращенные к улице, были лишены окон, и это напомнило ему мусульманские города Земли. У многочисленных лавок, кузниц, лотков бродячих торговцев толпились зеваки. На улицах большей частью преобладал пестро разряженный сброд, но попадались и солдаты в боевом облачении, и суровые подтянутые моряки с кривыми абордажными саблями и увесистыми топорами. Извечные спутницы пиратов, кайры, гордо вышагивали с обнаженной грудью, в коротких полупрозрачных юбочках, многие в шлемах с небольшими рожками и, как это было в их обычае, соблазнительно покачивали мощными бедрами. Блейду невольно вспомнилась Хантара, супруга Сильво, некогда вольная морская дева, превратившаяся ныне в респектабельную хозяйку замка. И немало сим фактом кичившаяся... Впрочем, дискуссия на тему - цивилизация или жизнь, близкая к природе, - стара как мир, и доводы в пользу обоих решений вопроса порядком набили оскомину. Мысленно Блейд пожал плечами. Что за дело ему до этих людей и существования, что они для себя выбирают?.. Дорога постепенно поднималась в гору. Грязные узкие улочки уступили место широкому мощеному тракту, обсаженному деревьями, напоминавшими земные кипарисы. За зеленью скрывались высокие дома из желтого камня. Стены без окон были выложены цветной мозаикой, у дверей нередко стояли вооруженные стражники. Все больше попадалось всадников и паланкинов. Видно, здесь были богатые кварталы. Дворец Ярла напоминал жилища восточных сатрапов - прямоугольный, окруженный белой оштукатуренной стеной по всему периметру, из-за которой виднелись верхушки деревьев. Подойдя к воротам, украшенным цветными изразцами, Хенрик показал медальон на груди угрюмым стражам с обнаженными мечами. Те молча пропустили их внутрь. Затем, извинившись перед Блейдом, старый воин попросил подождать немного и оставил гостя одного в укромном внутреннем дворике. Не в силах больше бороться с усталостью, странник в изнеможении опустился на землю рядом с зарослями какого-то кустарника. От толстых стен веяло прохладой. Где-то неподалеку журчал фонтан. Невозмутимый покой и великолепие этого места заставляли предположить, что владелец его - изнеженный, утонченный философ, сибарит и ученый, но уж никак не пират, гроза Пролива и обоих материков. Впрочем, насколько помнилось страннику, Ярл был и тем, и другим. Канитра, исконная пиратская вотчина на Скайре, досталась ему в наследство, когда Блейд прикончил Краснобородого. К тому же Ярл был женат на сестре бывшего вождя пиратов, и это, должно быть, облегчило вопросы преемственности... Дворец был двухэтажным, но поражал своей длиной. Блейд внимательно осмотрел строение. Судя по всему, в центре его находился приемный зал, украшенный деревянными раскрашенными колоннами, справа же располагались жилые комнаты. В них вели двери, изготовленные из черного дерева, отполированного до блеска. Окна в здании были прорезаны высоко и завешены разноцветными тканями, которые, по-видимому, предохраняли обитателей от пыли, песка и мух. Поверх, почти у самой крыши, темнели круглые отверстия, служащие для циркуляции воздуха. У выбеленных стен сооружения на одинаковом расстоянии друг от друга стояли большие светлые сосуды для зерна, по форме напоминающие коконы. По углам виднелись широкие лестницы, ведущие на крышу. Видно, у хозяев дворца входило в привычку в жаркие дни ночевать на свежем воздухе. В глубине двора стояли давильня для винограда, кухня, хлев и постройки для челяди. Рядом с воротами, через которые они вошли, высился небольшой прямоугольный храм. Несмотря на жару и усталость, Блейд не смог сдержать любопытства. Раньше Канитра представлялась ему совсем другой, чем-то вроде средневекового городища в норманском духе, но теперь он заметил, что местная архитектура более напоминает восточный стиль, привычный ему по земным Дамаску, Каиру или Александрии. Конечно, Ярл со своей командой были чужаками на этой знойной земле, но оставалось поражаться, как ловко северные воины адаптировались к чуждой им культуре. Задумавшись, он не заметил, как из укромной дверцы в стене вынырнули две фигуры. Блейд протянул руку к Айскалпу, но тотчас расслабился, навстречу ему шел Хенрик. Второй шагал чуть позади, лица было не разглядеть. Странник поднялся. - Привет тебе, принц Лондонский, - раздался глубокий звучный баритон. - Добро пожаловать в наш скромный приют. Растопырив пальцы, Блейд приложил ладонь ко лбу. Насколько он помнил, именно так корсары Пролива приветствовали друг друга. - Привет и тебе, Ярл, владетель Канитры... Извини, если забыл твой полный титул. Не выдержав, предводитель пиратов расхохотался - Что с тобой, принц Лондонский? Так, - он тоже коснулся растопыренными пальцами лба, - кайры изображают рогоносцев. Где ты научился столь неприличным жестам? Блейд стушевался, проклятая память опять выкинула с ним скверную шутку. Ярл заметил его смущение и поспешил переменить тему разговора. - А ты не изменился, как я погляжу. - Хенрик почтительно отступил в сторону, и властелин Канитры, приблизившись, обнял старого приятеля за плечи. - Совсем не изменился! Даже как будто и помолодел... На это Блейд не ответил ничего, сейчас не время было обсуждать его внешность. Он улыбнулся через силу, не обращая внимание на боль и жжение в растрескавшихся губах. - Рад видеть тебя, капитан. И рад, что ты не забыл старых друзей. - Еще бы! - Серые глаза Ярла ощупали гостя с ног до головы, - Но ты едва жив, я вижу! Что стряслось? И где ты пропадал все это время? Только не говори, что заделался отшельником и сидел восемь лет в пустыне... Все равно не поверю! - Он коротко хохотнул. - Пустыня? Нет, благодарю, трех дней мне хватило... - Голос внезапно изменил Блейду. С губ странника сорвался хриплый стон, в глазах потемнело, и если бы Ярл с Хенриком не подхватили его, он бы рухнул на землю. Сквозь какой-то туман до него донеслись встревоженные крики: это Ярл призывал слуг на помощь. С трудом разлепив немеющие губы, Блейд прошептал: - Ничего не надо, старина... Мне бы только прилечь... прилечь... и воды... * * * Скользкий шелк простыней приятно холодил обожженную кожу; впервые за последние дни Блейд ощутил довольство и покой. Пил он бесконечно долго - как ему показалось, несколько часов подряд, не в силах оторваться от хрустальной свежести воды. А затем вызванный Ярлом лекарь осмотрел его и смазал бальзамом язвы и ожоги. Безвольно и с наслаждением странник подвергся осмотру - лишь на миг предостерегающим жестом поднял руку, когда врач попытался снять с него чудесный пояс. Тот беспрекословно повиновался. Ярл молча наблюдал за процедурой с противоположного конца комнаты, развалившись в низком кресле, инкрустированном голубоватой костью неведомого зверя, полудрагоценными камнями и фаянсом. Дождавшись ухода лекаря, он пересел на стульчик рядом с постелью Блейда, прихватив с собой кувшин вина. - Думаю, тебе стоит немного отдохнуть, прежде чем мы начнем беседу... Приподнявшись на подушках, гость упрямо покачал головой. - Нет. Похищен мой сын... - Что?! - На загорелом лице Ярла отразилась целая гамма переживаний, от недоумения до ярости. Стальные серые глаза пирата сузились в щелки. - Ты уверен? Блейд кивнул. - Три дня назад люди Фьодара передали письма Сильво. Я как раз находился там... - Он не стал уточнять всех обстоятельств своего появления в Крэгхеде; сейчас это было бы излишне. - Сразу же отплыл к тебе, но в пути нас захватил шторм. Галера разбилась на Туноровых Клыках... Три дня шли по пустыне... - срывающимся шепотом он завершил рассказ о своих приключениях. Ярл надолго задумался; на лбу его залегли глубокие морщины. Наконец он в гневе ударил кулаком по колену. - Ах, проклятье! Выродок! Кайрино отродье! - Владетель Канитры отхлебнул из кувшина и, слегка успокоившись, раздумчиво произнес: - Вот оно, значит, в чем дело... Твой Дик, - он поднял глаза на Блейда, - был у меня. Целый год, с тех пор, как госпожа Талин попросила забрать мальчишку из Крэгхеда... А дней двадцать назад я получил от нее письмо. Она велела отправить парнишку морем в Боурн. Там его должны были встретить надежные люди и препроводить в Вот Норден... Мужчины переглянулись. Дальнейшее было ясно без слов. - Должно быть, Фьодар перехватил корабль, - предположил Ярл. - Или письмо Талин было подделкой, - пробормотал Блейд и нахмурился. Благотворное действие воды и бальзама закончилось; он вновь ощущал боль и ломоту во всем теле, перед глазами вспыхивали и гасли мириады багровых искр, виски ныли, словно в них медленно погружались раскаленные шомполы... И все же раньше, чем он сможет отдохнуть, надо было узнать остальное. - Но какой прок Фьодару... С полуслова поняв вопрос, Ярл презрительно махнул рукой. - Фьодар тут, скорее всего, ни при чем. Он просто скот! Животное! Орудие в руках друсов. Они стоят за этим делом, я уверен... И боюсь, что парня тебе предстоит искать у них. Друсы... Блейд со стоном повалился на подушки. Дар Абдиаса огненным жгутом жег тело. Проклятые ведьмы! Жажда крови внезапно охватила его; он был готов схватить Айскалп и сокрушить все вокруг, вымещая бессильную ярость и злобу. Но слабость одолевала, закрывались глаза, туманное плотное облако окутывало его, уносило прочь... Он погружался в него все глубже, глубже... И наконец потерял сознание. * * * В забытье Блейд находился почти сутки. Все это время лекарь, повинуясь строжайшему наказу не на шутку встревоженного Ярла, просидел у постели больного. Но помощь его не понадобилась; странник, измученный непосильными тяготами пути, просто восстанавливал растраченные силы. Очнувшись, он почувствовал зверский голод. И, когда ему поднесли кружку бульона, взревел так, что перепуганные слуги бросились врассыпную, и впереди всех - оскорбленный лекарь с трясущейся от гнева бороденкой. На шум поспешил сам Ярл. Лицо появившегося в дверях повелителя Канитры было встревоженным, но, поняв, что происходит, он широко ухмыльнулся. - Ну, чего еще ждать от воина! - Он дружески хлопнул Блейда по нагому плечу, и тот чуть заметно поморщился - удар пришелся как раз по обожженному месту. Впрочем, странник был счастлив, вновь ощутив себя свежим и полным сил; стоило ли обращать внимание на отголоски боли? Протянув руку, он, словно клещами, сжал запястье Ярла. - Клянусь небом! - воскликнул хозяин. - Похоже, сила вернулась к тебе! - Нет... Откуда? Где мясо, хлеб, вино? Я ничего не вижу, кроме кружки с этой ослиной мочой, - отозвался Блейд с невозмутимой серьезностью. Ярл поспешно кивнул. - Сейчас все будет. Потерпи немного... - Он хлопнул в ладоши, созывая слуг, отдал распоряжения и снова повернулся к гостю. - Ясное дело, разве это еда для здорового мужчины... Сейчас будет мясо и будет вино, а вечером - пир! Многие хотят поглядеть на тебя... те, кто помнит, как ты разделался с Краснобородым... Блейд покачал головой. - Не думаю, что это было бы разумно. - Почему? - В глазах Ярла читалось искреннее недоумение. Он начал что-то говорить, но в этот момент появилась процессия слуг с таким количеством блюд на серебряных подносах, что хватило бы и на роту изголодавшихся пехотинцев. Блейд накинулся на еду. Он ел торопливо и жадно, почти не обращая внимание на то, что заталкивает в рот, пока вкус пищи не показался ему каким-то странным. Блейд нахмурился, и тут владетель Канитры, исподволь наблюдавший за гостем, подал голос: - Не спеши. Сладкие фрукты, жаркое и соленая рыба - не самая подходящая смесь. Правда, если запить ее вином... Не переставая жевать, странник ухмыльнулся в ответ. Ощущение сытости охватило его, вновь потянуло в сон, но, протерев лицо смоченным в горячей воде полотенцем, Блейд заставил себя собраться. Задумчиво потирая переносицу, он взглянул на Ярла. - Знаешь, приятель... Мне кажется, не стоит объявлять о моем появлении. И пусть Хенрик тоже придержит язык. - Но почему? - Яря упорно не желал понимать очевидного. - Доблестный принц Лондонский опять с нами, и это порадует моих капитанов, - он хищно усмехнулся, и его красивое лицо с чеканными чертами на миг стало зловещим. - Тем более, если предстоит налет на Фьодара! Их это воодушевит... - Положим, мысль о добыче, которую можно взять у Фьодара, воодушевит их еще больше, - Блейд вернул улыбку, с иронией поглядывая на приятеля. - А возвращение принца Лондонского, согласись, не у всех вызовет однозначные чувства. Прежде всего - у него самого, отметил странник. Блейду почему-то претило натягивать прежнюю кожу, словно, однажды сброшенная, она стала ему тесна и отдавала тленом... Но в споре с Ярлом едва ли стоило ссылаться на столь субъективные ощущения. - Ты - законный наследник Краснобородого, - сказал он владетелю Канитры. - И пока нет других претендентов, твоя власть безгранична. Но мое появление кем-то может быть воспринято превратно... Соображаешь? На сей раз Ярлу не понадобилось ничего объяснять, он понял с полуслова: ведь, несмотря на родство с прежним вождем, власть рал пиратской вольницей передал ему именно Блейд. И его торжественное возвращение могло сейчас вызвать раскол в среде морских братьев, скорых на свары и разборки. - Пожалуй, ты прав, - с сожалением промолвил он. - Конечно, я держу их железной рукой, но... но осторожность никогда не повредит. - Пожав плечами, Ярл печально вздохнул. - А жаль! Я так уже настроился на пирушку... Давно мы не гуляли как следует... С деланным огорчением Блейд развел руками, но тут же, мгновенно посерьезнев, заметил: - Ладно, перейдем к делу. Я многого не понял в этой истории с Диком. И хотел бы узнать побольше. Они уселись рядом на кушетке, перед низким столиком розового дерева. Слуги поспешно убрали остатки обеда, подали вино. Когда последний из них, не переставая кланяться, удалился, Ярл спросил: - О чем ты хочешь узнать? - О друсах. И о том, чего боялась Талин... Почему она не могла воспитывать сына в Вот Нордене и передавала его от одних приемных родителей к другим? Я не в упрек вам с Пэйдит, - поспешил он добавить, заметив обиженный взгляд Ярла. - Напротив, я был бы счастлив, если б именно ты научил Дика всему, что положено знать воину и мужчине, пока меня нет рядом. И все же... Владыка Канитры понимающе кивнул. Он казался таким же сдержанным, как и раньше, и Блейд по достоинству оценил то, что старый приятель не задал ему ни единого вопроса. А ведь мог поинтересоваться, где пропадал незадачливый отец и почему сам не пожелал проследить за воспитанием собственного отпрыска! Видно, считал, что друг все расскажет, если сочтет нужным. Блейд был благодарен ему за это. - Собственно говоря, - начал Ярл задумчиво, - первым своим вопросом ты ответил и на второй. Все дело именно в друсах. - Как так? - Эти слова подтверждали многие догадки Блейда, но он предпочел бы услышать из уст Ярла все до конца. - Очень просто. Друсы набирают силу. Лет двенадцать назад, еще до того, как ты появился в Альбе, о них и слышно не было. Ходили, правда, сплетни, что они умеют подчинять волю людей, читать мысли... Поговаривали и о жертвоприношениях у дуба Друззы. Но все это было так... бабьи россказни! Только детей пугать! - А теперь? - Теперь все изменилось. Они становятся все сильнее год от года. Вмешиваются в дела владений, больших и малых... навязывают своих советников. - И что же, никто не попытался дать отпор? На губах Ярла заиграла мрачная ухмылка. - Пытались, конечно... Один такой сошел с ума... Ликанто, если помнишь, владыка Сарум Вила... А княгиня Хестии внезапно отреклась от власти в пользу своей трехлетней дочери... Регента прислали друсы, разумеется. О прочих непокорных ходят слухи один другого ужаснее... - Я помню, они и к Геториксу подбирались... - медленно проговорил Блейд. Прекрасное и надменное лицо Друзиллы Канаки как живое встало перед его внутренним взором. Водопад серебристых волос, пунцовые губы, обольстительное тело... Усилием воли он отогнал наваждение. Ярл кивнул. - Они раскинули сети повсюду. Они прибирают к рукам мелкие королевства и уделы, а теперь замахиваются и на добычу покрупнее. И на владения Талин тоже! Правда, она симпатизирует Фригге... Но я не слышал, чтобы от этого было много толку. Блейд кивнул. Значит, подозрения его оказались верны! Только он не мог представить масштаб планов друсов... А ведь Канаки намекала ему на что-то подобное, еще когда пыталась обольстить и загипнотизировать во время болезни! Она сулила власть над всей Альбой... И теперь друсы близки к заветной цели, к объединению двух континентов под властью своей богини... Препятствий на этом пути у них почти не осталось. Разве что... Словно прочитав его мысли, Ярл уныло кивнул. - Да, я пока держусь. Хоть они пробовали и подкуп, и угрозы! Охрана у меня надежна, так что им не удается подобраться ближе, чтобы попробовать завладеть моим разумом! - Блейд понимающе кивнул; ситуация и впрямь складывалась безрадостная. - А на госпожу Талин они, как видно, решили воздействовать через сына. - Та-ак... - странник поднялся с места и расправил плечи, напрягая мускулы; лицо его окаменело. - И чем же мы займемся в первую очередь? - У тебя есть какие-то сомнения по этому поводу? - произнес владыка Канитры, по-волчьи ощерив зубы. - Да нет... Фьодар получит хороший урок. Согласен? Красивое хищное лицо Ярда озарилось довольной улыбкой. - Моим головорезам давно пора размяться. Да и Тайт, Фьодарова вотчина, застрял у нас, как кость в глотке. Только бы нам не подавиться... Он неторопливо ронял слова, и вскоре Блейду стало ясно, что задача им предстоит не из легких. Тайт, небольшой остров в Проливе, на полпути между Крэгхедом и Канитрой, издавна слыл неприступным. И силы у Фьодара, сына Тайта Клыкастого, давнего соперника Геторикса, собраны были немалые, не меньше сорока галер, не считая мелких суденышек. Пять или шесть тысяч бойцов - показания засланных Ярлом шпионов на сей счет разнились. Но в одном не было сомнений: свалить Фьодара будет не так-то просто. * * * Блейд застыл над разложенными на низком столике картами. Сзади, заглядывая через плечо, в затылок ему дышал Ярл. Он был заметно взволнован. Планы разгрома вотчины Фьодара он со своими капитанами вынашивал очень давно - практически с того самого дня, как взял власть в Канитре, - но никогда всерьез не верил в возможность их осуществления. Противник был слишком силен. Но теперь, с возвращением принца Лондонского, в душе морского короля забрезжила надежда. - Ну что? - не выдержал он наконец. Блейд задумчиво хмыкнул. У него появилась некая идея, но говорить об этом всерьез было еще слишком рано. Все-таки в этом мире прошло восемь лет... - Изменилось ли вооружение на твоих кораблях? - спросил он. Ярл пожал плечами. - А зачем? Зачем ему меняться? Что тебя не устраивает? - В голосе его прозвучала недоуменная нотка; он очень гордился своим флотом. - Ясно. Значит, абордажные крюки, трапы и щиты, - задумчиво произнес Блейд. - Сабли, топоры пращи, луки... Так? Владетель Канитры кивнул, еще не понимая, к чему клонит гость. - Тогда сделаем вот что... Блейд подвинул к себе лист чистого пергамента и остро заточенный уголек заскользил по желтоватой поверхности. На мгновение странник замешкался, что-то припоминая, затем уверенно довершил чертеж. - Смотри! Тут - деревянная рама... Канаты, здесь и здесь... - Он ткнул пальцем в рисунок. - Сколько времени нужно твоим мастерам, чтобы оснастить все корабли такими штуковинами? По одной-две на каждый. Ярл напряженно вглядывался в чертеж. - Какого размера это... это приспособление? - В человеческий рост. - Хм-м... - Вождь корсаров пожевал губами; смысл происходящего по-прежнему оставался ему неясен, но это не уменьшало безоговорочного доверия к Блейду. Если с помощью этих странных машин можно прикончить Фьодара, он сделает все, что нужно. - На тридцать галер... Два дня, чтобы подвезти древесину... за это время попробуем приготовить канаты и металлические части... - Он поднял глаза подсчитывая. - Дней десять-двенадцать, я полагаю, займет работа. Блейд покачал головой. - Не пойдет. Долго! За это время они так запрячут мальчишку, что мы его вовек не найдем. - В отличие от Ярла, для него Фьодар был лишь этапом на длинном пути, и странник не собирался тратить на него много времени. - Заставь их работать быстрее. - Заставлю! Подряжу всех, кого можно... - Ярл заметно повеселел; как видно, перспектива выпотрошить Фьодара согрела ему душу. - Поубиваю собак - но за семь дней все будет готово! - Хорошо, значит, тогда и двинемся в путь, - заключил Блейд. - Да, вот еще что... - Он принялся перечислять Ярлу все, что понадобится ему для опытов. По мере того, как рос список, глаза у повелителя Канитры раскрывались все шире и шире. Наконец огонек понимания забрезжил в его глазах. - Думаешь, получится?.. - с надеждой осведомился он, не в силах еще поверить в столь невероятный способ ведения войны. - Получится, - Блейд довольно усмехнулся, ощущая прилив вдохновения, предвестник удачной охоты. - Готовь корабли, Ярл! Через семь дней мы отплываем! Глава 8. Нападение Утро восьмого дня выдалось ветреным и туманным. Мглисто-серые тучи со вздутыми животами наползали с севера, висли над выходящим из гавани флотом. Тяжелые суда пиратов напоминали морских драконов, вылезающих из затопленных пещер. Кровь стыла в жилах от одного вида зловещих творений скайрских верфей, от их безмолвной волчьей слаженности, стремительных очертаний и жутких прозвищ, начертанных рунами на просмоленных бортах. Веланг - Вепрь Скорби, Хэбборд - Роса Смерти, Гьольнин - Труп Ворона, Гойторн - Кровавый Жребий, Хродель - Скальд-Убийца, Гьюкунг - Арфа Отчаянья... Казалось, нет ничего в мире, что могло бы остановить эту сумрачную армаду с багряно-черными парусами, рассекающую оловянную воду под кроваво-красными стягами Морского Братства с изображением пса, грызущего змея. Ричард Блейд, Черный Капитан, Принц Лондонский, Владетель Бронзового Топора, стоял на корме флагманского судна, опершись на зловеще поблескивающий Айскалп. Он с тревогой глядел на небо. Откуда-то слева донесся вдруг тонкий аромат шипра - подошедший Ярл успокаивающе хлопнул его по плечу. - К полудню тучи пройдут. В это время года грозы надвигаются с востока, а не с севера. Блейд пожал плечами; после Туноровых Клыков его едва ли можно было испугать бурей. Но он так устал... лишние волнения казались совершенно некстати. Пристальным взглядом он окинул корабль. Подобно остальным тридцати судам, капитанская галера напоминала греческую трирему с тремя палубами и тремя ярусами весел. Восемьдесят пять отборных гребцов приводили в движение это морское чудовище. Эрсы, числом тридцать один, находились на верхней палубе, гребя с небольших выступов, что позволяло сильней наваливаться на весла; двадцать семь харвов на средней и столько же версов на нижней палубах располагались на скамьях. Галера имела парус на случай попутного ветра - такого, как сейчас, когда гребцы отдыхали; но в бою она шла на веслах. Гребцы галер не были рабами, они считались воинами - наравне с пращниками, лучниками и хойлами-секироносцами, составлявшими абордажную команду кораблей. Хойлы защищали судно с верхней палубы или захватывали вражеский корабль, поврежденный ударом тарана. На этот раз вооружение галер отличалось от привычного, и большинство мореходов в недоумении косились на странные деревянные конструкции, которые были установлены на корме каждого судна под бдительным присмотром капитанов. Блейд, лучше всех понимавший, что происходит, не мог сдержать довольной усмешки. За день до отплытия Ярл, по его просьбе, созвал на совет своих офицеров. Некоторые еще помнили принца Лондонского и, хотя были весьма удивлены, обнаружив его во дворце, дружески-почтительно приветствовали гостя. Победитель Геторикса пользовался уважением в этих краях... Новички же косились на него ревниво, шептались между собой. Он понимал их опасения, но надеялся, что мелкие распри и борьба за первенство не помешают капитанам Ярла внять голосу разума. Начали с того, что владетель Канитры объявил во всеуслышание новость, давно уже переставшую быть секретом: им предстоял поход на твердыню Фьодара. На лицах воинов, суровых, загорелых, иссеченных шрамами, отразилась алчная радость: богатства острова Тайт давно не давали пиратам покоя. Уничтожить соперничающий клан было их давней мечтой. Но к радости примешивалась изрядная доля опаски и недоверия. - Фьодар слишком силен! - У него больше кораблей! - Замок неприступен! Такие возгласы раздались в зале, но Ярл властно поднял руку, призывая к молчанию. Шум мгновенно стих, и все взоры устремились на предводителя. - То, что вы говорите - правда, - вымолвил вождь. - Фьодар силен, и потому прежде мы не решались напасть на него. Это было бы чистым безумием! Но теперь все изменилось... - Он обернулся к Блейду, который сидел поодаль, всем своим видом выказывая уверенность и спокойствие. - Покажи им, мой господин. Странник не стад демонстрировать чертежи и пускаться в пространные объяснения, отлично понимая, что перед ним люди действия - грубые, жестокие, не склонные доверять пустым словам и мудреным картинкам. Он сам порою был таким же, и потому настроение пиратской вольницы не составляло для него тайны. Нет, он не собирался ничего говорить, он просто вывел их во внутренний двор замка, где заранее все подготовил с помощью двух дюжих слуг, присланных в помощь Ярдом. Там Блейд молча кивнул на непривычного вида деревянную конструкцию с упругими канатами; в его родном мире она называлась катапультой. Это было очень простое устройство; ничего похожего на сложнейшие механизмы римлян, что посылали каменные глыбы на расстояние трехсот ярдов. Его катапульта стреляла поближе, и снарядами для нее должны были стать обычные глиняные горшки. Но не зря провел Блейд столько бессонных ночей в закрытом для чужих глаз крыле дворца, куда, по приказу Ярла, доставили все н