Женщина выпрямилась, в ее позе читалось откровенное недоумение. Констанция посочувствовала незнакомке - с ней сегодня тоже произошло что-то подобное. - Нам было очень важно знать, в чьи руки попадет наследство Дракона. Рада, что руки оказались крепкими. Это куда более важный итог для всех нас, чем тот вывод, который ты сделала для себя сегодня. Хотя и этот результат тоже важен - из таких, как ты, состоит Синдикат. Теперь ты убедилась, что гордыня и похвальба - такие же ловушки для души, как и неуемная жажда власти, богатства, трусость, вероломство и другие пороки. Никто не может считать себя совершенным и неуязвимым. Никто, и ни в какой области!.. Ты осознала, что это неприемлемо? - Да, Хранительница. - Я довольна тобой, ученица. У меня для тебя есть новое задание. Юкуренша Шарилар поможет тебе уяснить его смысл и подготовиться. - Она кивнула в сторону монаха с золотым кушаком. - У вас будет трудный день. Ступайте. Когда монахи и Ода покинули помещение. Хранительница обратилась к Констанции: - У тебя тоже будет нелегкий денек. Столько дел впереди!.. Позволь мне вместе с тобой встретить рассвет. Нам еще много о чем следует побеседовать. Констанция улыбнулась. V Школа Мудрости Дракона Курода Кагошима Военный округ Пешт Синдикат Дракона 18 мая 3018 года - Теодор Курита! Теодор вздрогнул, услышав свое имя первым. Значит, он лучше всех закончил курс? Принц едва сдержался, чтобы не завопить от радости, не вскинуть вверх сжатый кулак. В это чудесное солнечное утро хотелось крикнуть так, чтобы голос долетел до звезд. Вот победа так победа! Такого головокружительного ощущения счастья он еще никогда не испытывал. Скосил глаза налево, направо - вокруг, преклонив колени, сидели его сокурсники. Теперь следует успокоиться и не смазать нелепой, непристойной выходкой впечатления этого дня. Теодор, оставаясь в той же позе, отвесил глубокий поклон в сторону галереи, окружающей двор торжественных церемоний. Над одним из пролетов раскинулся цветастый шатер, под которым расположились приглашенные на церемонию вручения дипломов высшие государственные чиновники и, конечно, отец. Координатор Такаши. Затем юноша повернулся и повторил поклон в сторону возвышения - там разместились преподаватели и руководство академии. Наконец, поднялся и строевым шагом зашагал по проходу к помосту. Теодор кожей ощущал направленные на него взоры всех присутствующих. Каким же долгим показался путь по двору академии, где проходило вручение офицерских патентов. Отец, наверное, тоже удовлетворен, с удовольствием следит за вышагивающим принцем. Он должен быть там, под цветастым шатром, среди своих советников. Теодору нестерпимо захотелось обернуться и взглянуть в ту сторону, но делать этого было нельзя. Церемония разработана много сотен лет назад, и нарушать распорядок, правила поведения воспитанников никому не позволено. Спасибо, отец, только и мог он сказать про себя. Я не подвел тебя. Сам видишь, твой сын не так уж плох. Как только Теодор приблизился к помосту, его взгляд сосредоточился на таи-шо Занги, начальнике школы. Ну что, старый кожаный чулок, улыбнешься, наконец, или нет? Видишь, я - самый лучший! Таи-шо с мрачным видом наблюдал, как принц опустился перед возвышением на колени. Занги сидел впереди всех, остальные офицеры и преподаватели размещались рядами в трех шагах позади, так что, когда он сделал замечание воспитаннику, его никто не услышал. - Не думай, что ты здесь самый лучший... - тихо, почти не шевеля губами, сказал начальник академии. - Но меня же назвали первым, - так же тихо возразил Теодор. - Ты дерзок и высокомерен. Тебе еще следует поучиться мудрости и терпимости. - Только не у вас! - Что ты сказал?! Не получив ответа, таи-шо, не меняя позы, не поворачивая головы, вытянул в сторону правую руку. Помощник тут же вложил в нее ножны с мечом-катаной. Таи-шо вытащил меч и, держа клинок и ножны крест-накрест, громко, на весь внутренний двор, объявил: - Этот боевой меч вручается тебе, самурай Курита. Теперь тебе предстоит обучиться вождению боевых роботов, овладеть знаниями по тактике современного боя. Согласно результатам испытаний, ты выдержал экзамены по рукопашному бою и основам стратегии и заслужил высокую честь опоясаться этим мечом. Прими священный клинок и посвяти его Синдикату Дракона. - Хай! - воскликнул Теодор. Принц отвесил поклон до земли, принял оружие, прицепил его к поясу, затем еще раз поклонился. Только напольной циновке довелось увидеть его сияющее лицо. Таи-шо Занги вновь не глядя вытянул руку в сторону. На этот раз служитель с поклоном вложил в его ладонь вакизаши. - Это оружие символизирует высокую честь быть принятым в ряды самураев Синдиката Дракона. Теперь тебе предстоит изучить "Хагакурэ бусидо". Взяв в руки этот меч, осознаешь ли ты великую честь и ответственность, которые испытывает каждый дракон на службе Дому Куриты? - Хай! - снова воскликнул Теодор. Он повторил церемонию приема меча, и опять во время последнего поклона не смог сдержать сияющей улыбки. Наконец Занги повернулся к покрытому черным лаком подносу, на котором лежала пачка листов. Он взял верхний, изготовленный из белейшей рисовой бумаги, расписался на нижней половине и, подождав, пока подсохнут чернила, протянул документ Теодору. - Сюда включен список обязательных требований, которые Дракон предъявляет к каждому новичку. Принимая мечи, а вместе с ними и великую ответственность, ты должен так же свято отнестись к этим наставлениям. - И тихо добавил: - Почаще вспоминай перед сном эти строки... Как требовал обычай, Теодор, не обращая внимания на еще не до конца просохшие чернила, свернул непрочитанный лист трубкой и сунул его за пазуху. Кроме наставлений, документ содержал запись о присвоении выпускнику Теодору Курите воинского звания шо-са. В этом заключалась привилегия ученика, окончившего курс первым. Теодор поклонился таи-шо, встал, осторожно поправил оба меча, чтобы они висели строго по уставу, затем направился к правому краю помоста. Там, в пяти шагах от него, повернулся, поклонился, прошествовал к левой оконечности возвышения - опять глубокий поклон, и, наконец, направился обратно, на свое место. В этот момент с галереи послышались приветственные крики, и Теодор не смог сдержать радостной улыбки. Теперь это дозволялось. Принц попытался глазами отыскать отца. К его удивлению. Координатора на галерее не оказалось. Первой мыслью промелькнуло - может, он куда-нибудь отлучился? Или просто опоздал? Мало ли какие непредвиденные случайности могут помешать Координатору прибыть вовремя, все-таки ему пришлось совершить межзвездный прыжок, затем добираться до Куроды на межпланетном шаттле. Любой сбой в расписании мог задержать его. Эту мысль Теодор отбросил - личный космический челнок Координатора всегда находится в состоянии часовой готовности. Любые перелеты планируются заранее и осуществляются с точностью до минуты. Какой диспетчер мог отказать личному пилоту Координатора в посадке?.. К тому же принц знал, что Такаши прилетел на Куроду. Почему же он не явился на торжественную церемонию вручения мечей и присвоения офицерского звания? Конечно, это горько, однако Теодору не хотелось в такой день давать волю печали. Вспомнились слова старого Зешина - наставник в детстве постоянно внушал ему: "Твой отец должен видеть в тебе исключительно наследника. Это его долг". Ложь, решил Теодор. Что из того, что он - наследник? Разве это причина, чтобы отказаться от присутствия на церемонии? Или, может, именно наследство и легло между ними? Неужели из-за этого он изменил свое отношение к сыну? Вспомни старика Конфуция, возник в памяти голос Тацухары-сенсея. Что говорил великий мудрец о долге сына по отношению к отцу? Но, возразил Теодор, тот же Конфуций утверждал, что и у отца есть обязанности по отношению к детям, и никакое наследство не может снять это бремя. Тогда почему он не пришел? Ничего разумного больше не приходило в голову. Теодор направился в сад камней. Устроился на своем привычном месте, под склонившей ветви плакучей ивой, окинул взглядом окруженную тремя стенами обширную площадку, усыпанную белым гравием. На ней отчетливо выделялись темные мшистые камни. Сначала ему никак не удавалось сосредоточиться - мешали грустные мысли, назойливый блеск солнца, ветерок, налетевший неведомо откуда. Пять камней, вернее, пять групп камней... Еще точнее, пять каменных островков, разбросанных по белому гравию. Поблескивающая в лучах солнца площадка испещрена ровными замкнутыми бороздками, образующими разнообразные плавные фигуры. Словно росчерк удивительно ровных грабель... Их след и создал неровные овалы, замысловатые спирали, бегущие от островка к островку и замыкающиеся в пределах площадки. Он выполнил первое условие погружения в медитацию - проследил взглядом за одной из линий. Взгляд уперся в стену. Двинулся в противоположную сторону... Первая, самая многочисленная группа камней походила на семейку нелепых, невиданных зверей. Большой валун - по трещинкам, бугоркам, изломам его, словно остатки шкуры, расползся желтовато-зеленый мох - вел за собой стайку угловатых, с человеческую голову и меньше булыжников. Создавалось впечатление, что, не двигаясь с места, они тем не менее неспешно шествуют по бороздкам. Несовместимое совмещалось на глазах - это удивительное впечатление вновь заворожило Теодора, бытовой сор, еще недавно заполнявший сознание, внезапно растаял. Принц нашел точку, куда стремилась каменная семья, и уперся взглядом в одинокий обломок скалы, как будто случайно рухнувший на упорядоченный гравийный глянец и до сих пор не сумевший определиться, найти успокоение на этой замысловато расчерченной площадке. Оторвавшийся от матери-скалы, израненный скиталец так и застыл, склонившись набок. Вечность пройдет, прежде чем он прижмется щекой к редкой травке на окружившем его газоне. Третий камень брошен асимметрично, в четвертой группе два увесистых валуна словно обнялись. Где же пятый?.. Здесь же пять групп камней. Даже зная разгадку, Теодор в который раз поразился секрету мастеров, создавших этот чудесный, загадочный уголок. Изумление перед невозможным обратилось в душевную теплоту, наполнившую грудь покоем, с каким люди должны взирать на превратности жизни. Можно перейти на новое место. Сколько раз он пытался так поступить! Например, у древнего сикомора (*2). Тогда выплывет пятый камень, но скроется за раненым обломком каменная семейка. Сколько бы ни всматривался человек в извивы гравия, сколько бы ни пересаживался с места на место - один островок все равно будет закрыт для него. В первые годы Теодор не мог смириться, упорно искал положение, из которого открылась бы вся площадка, все камни разом. Сколько раз он пытался втайне высчитать ту точку, глядя из которой решался бы этот нелепый, смущающий воображение кроссворд. Скоро пыл его охладел. Сколько было их, терзающих себя, не верящих, спешащих!.. Они тоже пытались найти ответ на простой геометрический вопрос. Но существует ли ответ? В чем он?.. Конечно, в иносказании, в молчаливом намеке. Камни эти суть островки характера, видимые для других, но попробуй угляди человека до самой глубины его! Со многими людьми приходилось встречаться Теодору Были среди них и такие, что до поры до времени ясны как стеклышко, чисты, как вода в горной речке, а наступит срок - и вдруг нечто звериное обнажится в их поступках. Мелькнет пятый камень и вновь скроется в глубине. А иной скромник скромником, аккуратист, дисциплинированный исполнитель, покорный да убогий, зато в сердце море благородства. Не задумываясь, бросится на помощь. Проходит решительная минута, и опять незаметен, покладист, простоват. Как создатели сада добились идеальной соразмерности, как создали имеющее границы и в то же время беспредельное пространство, где обе ипостаси видимого мира вполне уживаются в совершенном единении? Кажется, убери хотя бы один камешек, уменьши всего-то на одну бороздку количество линий - и гармония нарушится, восторжествует недосказанность, возликует уродство. Нет смысла искать на площадке пятый камень. Но он существует!.. Неожиданно в сознание ворвались крики и приветственные возгласы, долетавшие со стороны двора торжественных церемоний. Там по-прежнему продолжали вручать оружие и патенты. Каменный сад постепенно заполнялся выпускниками, которые стремились сюда, чтобы обрести душевное равновесие. У каждого здесь имелось свое любимое место. Все вставали на колени, замирали в молчании. Задуматься было о чем. Впереди их ждала новая, казавшаяся необъятной, взрослая жизнь, долгая служба во славу Дракона... Обычай требовал, чтобы все оставались на своих местах, пока первый выпускник не закончит разговор с собственной душой. Теодор не сразу вспомнил о своей обязанности - когда же почувствовал, что товарищи смотрят в его сторону, отвлекся от грустных размышлений и громко произнес: - Пора начинать... Сразу вокруг него раздался шум, послышались возбужденные, радостные голоса. Теодор усмехнулся. Выпускники принялись швырять в небо свои серые фуражки. Кое-кто побежал в сторону рядов, где собралась публика, чтобы разделить радость с родными и друзьями, прибывшими на выпускную церемонию. Теодор вновь закрыл глаза. - О-медето, - раздался возле него чей-то мягкий голос. Принц не удержался и глянул в ту сторону. Свет полуденного солнца заливал двор - его диск, едва возвышавшийся над стеной, окружавшей территорию академии, прятался в копне густых черных волос склонившейся над ним женщины. Темная, до угольной черноты, фигура, овал лица едва угадывается, но на нем сияет широкая улыбка... Что за денек сегодня - его вечная соперница на занятиях, не прощавшая ни единой ошибки или небрежности, рада приветствовать его! Чудеса, да и только!.. - Что случилось, Томое Сакаде? - спросил он. - Почему вдруг такая дружба?.. - Мы больше не соперники, шо-са, - ответила девушка. - Теперь мы можем подружиться. В доме Тавамуры сегодня праздник... - Я не люблю шумных сборищ. - Я тоже. В этот момент к принцу подошел подполковник в форме дворцовой гвардии: - Шо-са Курита, Координатор требует, чтобы вы немедленно явились к нему в павильон Ажате. Увидев отца в парадной форме, в которой тот должен был присутствовать на торжественной церемонии, Теодор удивился. На Координаторе был зауженный книзу фрак, разрез впереди открывал белейший сатиновый жилет. Узкие, в тонкую полоску брюки доходили до белых гетр. На ногах начищенные до зеркального блеска вечерние туфли. Короткие волосы расчесаны на пробор, уложены в кок - очень похоже на дипломатов с древней Терры. Теодор всегда полагал, что подобные наряды в нынешнее время, а также национальная японская одежда, иногда становящаяся как бы синонимом патриотичности, давным-давно изжили себя. К подобным традициям следует относиться с осторожностью, ни в коем случае нельзя делать из куска материи выражение символа веры. Охотников размахивать кимоно или самурайским широкополым халатом в Синдикате хоть отбавляй, однако, если учесть, что, собственно, потомки прежних японцев составляют едва ли половину населения государства, становится ясной опасность, возникающая по вине подобных ура-патриотов. Всякая попытка деления населения на "чужих" и "своих" чревата расколом, особенно если деление производить по внешнему виду, по предпочтениям в нарядах, еде, семейных отношениях. Единственным критерием - на этом Теодор стоял твердо - может являться только отношение к исполнению долга перед страной, правителем и общепринятыми ценностями. Как только Теодор вошел в просторный зал, Такаши тут же отослал всех, кто находился рядом. Они остались с наследником один на один. Отец окинул Теодора взглядом с головы до пят. Наконец произнес: - О-медето, шо-са. - Домо оригато, ото-сан, - поблагодарил Теодор. Недоумение все сильнее овладевало им - в голосе отца явно проскользнули недовольные нотки. Может, лучше помолчать, однако сын не удержался и спросил: - Ты доволен,отец? Такаши ничего не ответил. - Почему же ты не был на церемонии награждения? - Теодор не сдержался и шагнул к нему. Такаши холодно взглянул на сына. - Ты надеялся, что я позволю себе присутствовать на этой комедии? КВБ проинформировал меня, что ты, к сожалению, трудился далеко не в полную силу. Я получил сообщения, в которых утверждалось, что ты позволил себе вступать в неприемлемые любовные отношения с падшими женщинами, проживающими в городе. Ты безответственно отнесся к своему предназначению. Позор!.. Теодор вскинул голову. - Но я же окончил курс первым! Отец сузил веки. Холодно оглядев сына, он отвернулся к окну, за которым теснились черепичные крыши зданий академии. Наконец, Координатор выговорил - резко, отрывисто: - Мне стало известно, что таи-шо Занги не проявил должной принципиальности и потакал тебе. Можешь поблагодарить его прежде, чем он покинет Куроду и отправится в Брихуэга, куда только что получил назначение. Теодор не смог справиться с удивлением. - Это же смешно! Он вовсе не заслужил назначения в такую заштатную дыру. Обучение воинов составляет смысл его жизни. - Составляло. Такаши указал рукой на рабочий стол, где грудами возвышались стопки бумаг. Прямо в центре лежала сводка вакантных мест, представленная отделом кадров центрального управления ОВСД. - Это место он сам счел самым удобным для него вариантом. Теодор некоторое время не мог прийти в себя - что-то здесь не так. Какое-то искаженное понимание реальности. Сидя на одном и том же месте, они видят разные камни?.. Честнейшего Занги обвинили в каком-то серьезном проступке - только так можно квалифицировать эту расправу. Но в чем именно он провинился? В том, что делал поблажки сыну Координатора? Чушь!.. А результаты экзаменов, полевые испытания? Что, все преподаватели из кожи вон лезли, чтобы угодить наследному принцу? Хорошо, в таком случае назначьте повторные экзамены, но зачем же так наказывать достойного воспитателя?.. - Таи-шо Занги - честнейший человек, - попытался он убедить отца. Такаши повернулся к сыну, сложил руки на груди. Лицо его стало каменным. - Он позволил себе проигнорировать все мои предостережения насчет поблажек моему сыну. Да, в этом есть и часть моей вины - я был слишком мягок по отношению к нему. Надо было сразу и покруче... - Не оказывал он мне никаких поблажек! - не выдержал Теодор. Пора было кончать эту комедию. Неужели отец настолько ослеп, что не видит элементарной глупости подобных утверждений? Он уже совсем было хотел предложить провести негласно еще одни экзамены, но тут же догадался, что это будет не меньшей глупостью. Но ведь надо же что-то делать! Такаши отмел все предполагаемые возражения сына. - Защищая человека, который покровительствовал тебе, ты ведешь себя неподобающим образом. Незаслуженные награды развращают человека. Тем более представителя рода Курита... - Голос отца смягчился. - Можешь порадоваться, твое воинское звание останется при тебе. Люди должны знать, что наследник престола является выдающимся пилотом боевых роботов. - Это все, что ты можешь сказать? Видимость для тебя - самое главное? Так?.. Такаши холодно посмотрел на сына. - Мы все из рода Курита. Заруби это себе на носу! С тех пор как мы вышли к звездам, мы существуем. Все знают, что мы сильны, хватки, своего не упустим. Поверь, во многом это видимость. Сложившееся мнение - вот что самое главное. Его невозможно опровергнуть, отвергнуть. - Он помолчал, потом добавил: - Твоя мать тоже недовольна тобой. Теодор сжал челюсти, чтобы не съязвить в ответ. Отец постоянно приводил этот довод, и все ради того, чтобы подчеркнуть свою правоту. Однако стоит ли в такой день заводить диспут на эту тему? Если видимость - самое главное, то о чем еще разговаривать... - Я больше вам не нужен? - спросил он Координатора. Такаши задумчиво оглядел сына, потом кивнул: - Можешь идти. Теодор повернулся и зашагал к выходу. Ему хотелось со всех ног броситься прочь, но он сдержал себя. Так же, не спеша, выслушивая поздравления, он прошел сквозь приемную, начал спускаться по лестнице. Кто-то хлопнул его по плечу Теодор обернулся. Рядом стоял улыбающийся Индрахар Сабхаш. - О-медето, шо-са! Теодор не сдержался. - КВБ проинформировал меня... - зло выговорил он в лицо Сабхашу, потом повернулся и сбежал по ступеням. VI Школа Мудрости Дракона Курода Кагошима Военный округ Пешт Синдикат Дракона 18 мая 3018 года Они нашли Теодора на скамейке, в саду. Тот сидел в одиночестве. У ног валялся патент о присвоении офицерского звания. Констанции невольно пришло в голову, что, даже будучи расстроенным, он производит сильное впечатление. Густые, чуть взъерошенные волосы, военная форма, подчеркивающая высокую, ладную фигуру... Пусть не широкоплечий, но гибкий и, сразу видно, сильный. Какая женщина устоит перед ним? В то же время он так похож на ребенка... Если бы он не приходился мне братом... Дз╦кан Флоримель заметила, с каким лицом покинул павильон Ажате наследный принц, и тут же послала вслед внучатую племянницу. Пусть поймет, где можно найти утешение. Констанция обнаружила брата на лавке в саду и тут же доложила бабушке. Та провела ее в свои апартаменты и распорядилась занести краткий отчет о случившемся в специальный файл, где отмечались все взаимоотношения Координатора и наследного принца. С раннего детства в памяти девушки отложилось, что Флоримель всегда испытывала особую нежность к Теодору Бабушка не раз упоминала о том, что ее долг, ее карма как раз и заключаются в том, чтобы стать надежной помощницей внуку и провести его по бурному, опасному морю жизни. Мальчик был рожден в ее поместье, расположенном на окраине имперской столицы. Констанция появилась на свет там же, и это обстоятельство казалось неким символом, связавшим судьбы молодых людей. Они и выросли вместе... Девушка была на семь лет старше двоюродного брата. В тот день, когда Жасмин разрешилась от бремени, она находилась в доме Флоримель. Роды оказались трудными, Жасмин едва удалось спасти. В ту пору Констанция никак не могла понять, что означают перешептывания о том, что жена Координатора больше никогда не будет иметь детей, однако детским сердцем уловила, что это большая беда. С той поры она всем сердцем привязалась к Жасмин и к младшему брату, которого постоянно баловала и защищала. Жасмин, мягкая сердцем, не всегда была в состоянии защитить мальчика от сурового отца, который, случалось, требовал от маленького ребенка невозможного. Его наследник должен быть совершенным во всем, все знать, все уметь. Сколько раз братишка плакал, уткнувшись ей в подол. Вот и на этот раз Теодор остался один в такой день, когда он сам и вся семья Курита должны были радоваться и веселиться. Опять отец обидел сына. Как все это надоело - уж если кому и необходимо всыпать по первое число, то только не Теодору. К сожалению, сестра не могла изменить заведенный порядок вещей. Даже Флоримель редко удавалось переубедить Такаши. Впрочем, впрямую Флоримель никогда не пыталась выговаривать племяннику за подобное грубое и жестокое отношение к сыну, своей цели она добивалась иными средствами. Хранительница использовала свое влияние в окружении Координатора и сама старалась поддержать мальчика. Глядя на бабушку, Констанция, устроившаяся за клавиатурой компьютера, обратила внимание, какое отличное настроение у Флоримель. Даже неприятность с любимым Теодором не смогла омрачить ее лицо. Однако за этой непосредственной, детской веселостью скрывался жесткий и сильный характер. Старая Хранительница была не так проста, как это казалось на первый взгляд, и вполне способна железной рукой, которую в общем-то никто не замечал, вести и сберегать покой в царствующем Доме Куриты. Констанция не сомневалась, что и на этот раз Флоримель придумает что-то, чтобы спасти семейный праздник. Теодор сразу поднялся со скамейки, когда две женщины вошли в сад и изобразили удивление, застав там наследного принца. Флоримель жестом отмела его попытки оказать благородным дамам достойную встречу. Она напомнила внуку, что все они одна семья. К чему между родственниками обременительные условности? Придворный этикет, заметила она Теодору, существует для тех, кто вовне, но не для тех, кто внутри. Юноша без долгих слов помог старой женщине поудобнее расположиться на гранитной скамье, которую освободил для нее. Рядом на коленях расположилась Констанция - подправила, а потом подоткнула нарядное шелковое даи-гумо. Теодор поколебался и уселся, скрестив ноги, на траву прямо перед бабушкой. Флоримель вела себя так, словно за пределами их тесного кружка ничего не существует. Взгляды и суждения посторонних были ей безразличны, тем более что те, ненароком заглядывая в сад, старались подальше обходить эту троицу. В народе давным-давно ходила поговорка - держись от Курита подальше, пока они сами тебя не пригласят. Вот тогда спеши, мчись со всех ног... Сад благоухал, вокруг все цвело. Начинала закипать вишня - самая благодатная пора для драконов. Ветерок колыхал прохладный еще, небесной чистоты воздух. Флоримель с невыразимым изяществом носком туфельки подтолкнула к молодому человеку приказ о присвоении ему офицерского звания. - У тебя какие-то неприятности, связанные с этой бумагой? - невинно спросила она. Теодор опустил голову, потом искоса посмотрел вдаль. - Это все пустяки, - наконец ответил он. - У меня трудности с боевым роботом, которого подарил мне отец. - Это какая модель? - искренне поинтересовалась бабушка. Констанция, да и сам Теодор не сомневались, что Хранительнице хорошо известно, на каком роботе раскатывает наследный принц. - DRG-IN "Дракон". - Отличный выбор! И символический... "Дракон" - это визитная карточка Дома Куриты и всего Синдиката. - Отец тоже обожает символы. - Теодор поерзал немного, устроился поудобнее и добавил: - "Дракон" является наихудшей моделью во всем классе тяжелых штурмовых роботов. У меня сложилось впечатление, что, если бы он смог найти что-нибудь похуже, он тут же вручил бы мне эту модель. Причем с невероятным пафосом... Похоже, он подумывает о том, чтобы пересадить меня на детскую "Саранчу"! Это просто невыносимо - для него я всегда недостаточно хорош. Флоримель тут же тихо, но решительно оборвала недозволенные речи: - Ты не имеешь права так говорить. - Почему же не могу? - Самурай из рода Курита обязан сражаться на любом типе боевых роботов. Невзирая на качество модели. - Но я... - начал было Теодор. - Как мне помнится, - перебила его бабушка, - в информационных списках личного состава Объединенного Воинства Синдиката Дракона напротив твоего имени сделана запись: "владеет любой моделью боевого робота", не так ли?.. Означает ли это, что ты в состоянии управиться с любой моделью? - В общем-то да... - пожал плечами принц. - Надо только немного потренироваться, восстановить навыки. Бабушка кивнула Констанции, и та сразу протянула Хранительнице радужный голографический диск, на котором черными буквами, в центре, стояло обозначение "ONI-K". Старушка передала диск Теодору Тот с помощью ручного визирующего устройства принялся просматривать документы. Изучал недолго - уже в следующую секунду вскинул голову и растерянно спросил: - Паспорт и техническое описание "Ориона"? - Конечно, - кивнула Флоримель. - Я хотела подарить тебе эту машину в более благоприятных условиях. Когда тебе исполнится двадцать пять... Она еще что-то сказала, но Теодор уже не слушал бабушку. Он глотал одну страницу за другой. Флоримель обменялась взглядами с Констанцией. Наконец Теодор оторвался от окуляра и растерянно развел руками. - Но это же робот генерала Керенского?! - Замечательное открытие, не так ли? - вопросом на вопрос ответила бабушка. - Семь лет назад я организовала исследовательскую экспедицию и в системе Новый Самарканд нашла астероид... - Тебе удалось обнаружить ангар, набитый боевыми роботами времен Звездной Лиги? Но как же ты смогла сохранить это в секрете?.. - Ну, это не совсем ангар. Скорее свалка битых машин... Склад разграбленного военного снаряжения, разукомплектованных роботов, брошенных генералом Керенским, когда он решил вместе со своей армией покинуть пределы Внутренней Сферы и удалиться в неизвестные просторы Галактики. Он не видел иного выхода в ситуации, когда вот-вот начнется война за раздел наследства Лиги. Вероятно, они не могли захватить с собой все, что имели. То, что мы нашли, - продолжила она, - представляло собой хлам. Даже этот "Орион", законсервированный и опечатанный, помещенный в особую металлическую капсулу, был ободран до нитки, однако, в отличие от остальных роботов, его не уничтожили с помощью уложенных в корпус зарядов. Генерал, видно, пожалел своего боевого коня. Все равно это было только название, а не боевая машина. Семь лет его восстанавливали лучшие техники и специалисты Синдиката. Кое-какие заказы мы разместили на заводах Лиги Свободных Миров. Только там во всей Внутренней Сфере еще могли воспроизвести модель "Ориона". Кое-какие детали изготовили вручную... - Это слишком ценный дар. - Теодор покачал головой, затем протянул диск Флоримель. - Я не могу его принять. - Дареному коню в зубы не смотрят - так, кажется, выражаются на славянских планетах, - укорила его Хранительница. - Неужели ты полагаешь, что я не прикидывала, в чьи руки должен попасть этот знаменитый робот? Это большая ценность, и ее надо использовать во благо Синдиката. На мой взгляд, только ты достоин водить его. Теодор опустил руку с диском - так и повисла вдоль корпуса, кисть легла на траву. До молодого человека только теперь стало доходить, какой удивительный подарок сделала ему бабушка. Кем же он теперь может стать, имея в распоряжении такую грозную машину, как принадлежавший самому Керенскому "Орион"! - Бабушка! - Голос его дрогнул. - Ты выказала такую любовь к наследнику, на которую оказался не способен сам Дракон. Легкая печаль омрачила лицо Флоримель. - Попытайся понять его, Теодор. Он тоже любит тебя. По-своему... На его плечах такая ответственность. За всем не уследишь. - Но родной сын - это, по-моему, важнейшее государственное дело. - Вот и отнесись к нему с пониманием. - Координатор мог бы повнимательнее относиться к своему преемнику и подобрать ему что-либо более достойное... - подала голос Констанция. Флоримель строго глянула на нее, и девушка сразу прикусила язычок. Упоминать о предстоящем назначении Теодора, уже занесенном в файлы компьютера. Хранительница строго-настрого запретила. Теодор сделал вид, что не заметил этих взглядов. - Возможно, - согласился он. - Командовать копьем, которое я сам выберу, это, конечно, великая честь. И граница с Домом Штайнера - куда более приятное местечко, чем нехоженые области по краю Периферии. Я так думаю, туда он меня и сошлет. - Он усмехнулся и с горечью добавил: - Чтобы никто не подумал, что Координатор делает своим родственникам поблажки. Эх, если бы мне доверили батальон да бросили на границу с Лиранским Содружеством, я смог бы достойно посчитаться с нашими вечными врагами. - И там ты будешь поближе к своей невесте, - невинным голоском добавила Констанция. - Со ка! - фыркнул Теодор. - Он настолько озабочен производством наследников, что сами наследники его мало интересуют! Отец, должно быть, полагает, что, если рядом со мной окажется женщина, я тут же наброшусь на нее, как застоявшийся жеребец. - Теодор печально покачал головой. - Я так полагаю, что он только и ждет от меня, что моя супруга произведет на свет еще одного маленького Куриту, после чего он с облегчением засунет меня в какую-нибудь дыру и умоет руки. - Он обязан заботиться о благе государства, - напомнила внуку Флоримель. - Да ни о чем он не заботится, кроме своих, каких-то непонятных, совершенно неприемлемых идей. Вот что интересно - откуда появляются эти идеи? Уж не работа ли это KBБ? - Их долг - информировать руководство, - возразила Флоримель. Теодор угрюмо замолчал, затем неожиданно кивнул. Был ли этот жест выражением согласия или брату в этот момент открылось что-то важное, пока невыразимое, Констанция не смогла разобрать. - Вакаримас. Значит, мой долг заключается в изготовлении наследников, и ни в чем больше? Нет, серьезно! Кроме этой функции, я ни на что другое не годен - так, по крайней мере, считает отец. После этой тирады принц простился с родственницами и удалился. Констанция помогла Хранительнице подняться на ноги. - Его дух высок, - сказала девушка, - помыслы чисты. К тому же он неплохо контролирует свои чувства. Флоримель пожала плечами. - Так же, как любой из нас, оказавшийся в подобном положении. VII Театр Лотуса Мюнхен Радштадт Военный округ Расалхаг Синдикат Дракона 29 июля 3019 года Бородатый мужчина, известный ограниченному кругу людей под прозвищем Алмаз, нахмурился. Последний приглашенный - Опал - запаздывал. Толстый торговец, как обычно, начинал нервничать. Если Опал попал в руки КВБ или сам явился туда - дело плохо. Ну, это уж ты хватил лишку... Если бы такое случилось, их давно взяли бы под наблюдение, но ничего подобного люди Алмаза пока не обнаружили. А ребята у него ушлые, толковые. Это один из них предложил в качестве места встречи находившийся на краю банкротства театрик. Одна беда - в случае попытки захвата здесь долго не продержаться. Уйти отсюда тоже будет непросто. Но эти трудности не шли ни в какое сравнение с удобством организации нелегальной сходки. Внизу хлопнула дверь. Хвала богам, наконец-то! Опал открыл обветшавшую и слегка покосившуюся дверь. Оказавшись в вестибюле, аккуратно прикрыл ее. На улице хлестал дождь, поэтому он подождал, пока вода стечет с обуви, затем миновал фойе, свернул за кулисы и уже оттуда прошел в оркестровую яму, где собрались его товарищи. Попросив извинения, он у самого входа скинул плащ и легонько стряхнул его. На этот раз наш болван не напялил военную форму. Хвала богам! Алмазу припомнилась встреча, организованная на планете, где проживал торговец. Там все чувствовали себя вольготно. Не то что здесь, в тени Черной Башни!.. Ничего не поделаешь, пришлось назначить эту встречу под самым носом захватчиков. Только не надо красоваться, бравировать своей храбростью. Стоит только оккупационным властям засечь подполье, все остальное уже не будет иметь значения. Весь план строился на полной закрытости. Никакой утечки информации, иначе драконы поодиночке перещелкают руководителей. Или арестуют и бросят в Черную Башню, где проводят время все те, кто посмел открыто выступить против марионеточного правительства, сформированного в Люсьене. Любой угодивший в это мрачное, без окон, сооружение больше никогда не видел дневного света. - Вы уже бывали здесь, Арманд. Сколько же можно было искать дорогу? - сделал замечание человек, одетый в космический комбинезон военного образца. С одежды были удалены знаки различия и эмблема рода войск. Акцент выдавал в нем местного жителя. - Никаких имен! - рявкнул бородатый. - В который раз, - уже более спокойно добавил он, - я вынужден напомнить вам, полковник, как следует обращаться к коллегам. Последние годы вконец испортили вояку, он стал совершенно невыносим. О какой конспирации может идти речь, если он постоянно нарывается на скандалы. - Как много слов, наш высокоуважаемый руководитель, - саркастически ответил полковник. - Тупицы из КВБ никогда не догадаются, что такие важные лица отважатся заседать в двух кварталах от их штаб-квартиры. - Все равно мы должны соблюдать осторожность, - настойчиво повторил председатель. Встретивший Опала военный пожал плечами и вернулся на свое место. Все пространство оркестровой ямы было полностью защищено от прослушивания любыми устройствами. Алмаз решил перейти прямо к делу. - Теперь, когда все собрались... - Но где же Рикол? Я имею в виду - Рубин... - удивленно прошептал опоздавший. Алмаз нахмурился. Ах ты, чертов болван! Если бы не твои деньги... - Как раз перед вашим появлением, Опал, я уже сообщил присутствующим, что Рубин пока занят... - Чертова конспирация! - в сердцах бросил полковник. - Кое в чем Рубин уже оказал нам помощь. Ее трудно переоценить, - многозначительно намекнул председательствующий. - На этот раз его присутствие не является необходимым. И давайте сохранять рабочую обстановку, не надо отвлекаться по мелочам. Итак, самое главное - в последнюю неделю были окончательно завершены переговоры, касающиеся бракосочетания Теодора Куриты и Анастасии Сь╦волд. Свадебные торжества состоятся во дворце в Рейкьявике, нынешней столице Принципата Расалхаг. Тихие возгласы ликования раздались в оркестровой яме. Согласие драконов провести бракосочетание в Рейкьявике, вместо того чтобы устраивать его в имперской столице на Люсьене, как того требовал обычай, являлось ключевым моментом в плане, предложенном бородатым. С ним согласились все участники группы. В этом случае весь цвет Синдиката Дракона, двор, высшие военные и государственные чины прибудут в Расалхаг. Если все пойдет как по маслу, то многие из них уже никогда не покинут его. Сам Такаши Курита дал согласие на посещение Рейкьявика. - Такаши... - произнес председатель. Это имя вмиг притушило всякий шум в яме. Головы собравшихся тут же повернулись к Алмазу - Такаши Курита согласился с просьбой своего двоюродного брата, нашего великодушного губернатора Маркуса Куриты, совершить инспекционную поездку по гарнизонам военного округа. Эта поездка состоится сразу после бракосочетания. Отвечает за нее благородный таи-шо Владимир Соренсон, дай бог воронам выклевать ему глаза! Интересно, почему этого предателя все называют Иваном?.. Короче говоря, разморозив нашего агента в ближайшем окружении Соренсона, мы получим возможность одним ударом разделаться сразу с двумя высшими Драконами. Вряд ли судьба когда-нибудь предоставит нам более благоприятную возможность. - Когда состоится поездка? - спросил кто-то. - Очень скоро. Как только все необходимые мероприятия будут закончены, Такаши немедленно отправится в путь. Из достоверных источников мне стало известно, что он решил не затягивать подобную инспекцию. Теперь нам осталось только нажать кнопку и включиться в программу. В яме наступила напряженная тишина. Все присутствующие начали нервно переглядываться. Опал отважился поинтересоваться первым: - Когда же все начнется? - Через два месяца, - спокойно ответил Алмаз. Кое-кто попытался было выразить сомнения в разумности такой спешки. Председатель ничего другого и не ожидал - как только дошло до дела, у них затряслись поджилки. С другой стороны, никто из них, кроме него самого, не имел возможности легально вернуться на свои родные планеты, чтобы лично наблюдать за последними приготовлениями. Следовательно, они отдают команду и наблюдают со стороны, каким образом начинает осуществляться план. Это длительный процесс, здесь, как нигде, все должно работать как часы. Оставалось только надеяться, что расчеты их оказались верными и судьба не сыграет с ними злую шутку. Так что им придется издали наблюдать и корректировать исполнение своих заданий. Это даже неплохо, решил председатель, в этом случае все нити сойдутся в моих руках. Такой добычей делиться ни с кем не хочется. В этот момент Опал вновь подал голос: - Я решил основать особый фонд, с помощью которого мы получим в свое распо