Песня нахлынувших грез Душу овеет теплом. Слышишь, постой, паровоз, (Знаю, с тебя не убудет) Пусть в тишине средь берез Вспомнится мне о былом. Кто ж был когда виноват В том, что не все получилось, В том, что не ярок закат, В том, что поблекли мазки В том, как был холоден март, В день, когда все изменилось, В том, как бесстрастен азарт В сумерках вечной тоски. Столик плацкартный забит - Свертки, мешочки, бутылки... Вдруг посетил аппетит Тех, кто вообще не хотел. Вкусный дорожный мотив Крекеров, Сала и Кильки, Водочки пламенный стих - Вот и мечтаний предел. Кто Вы ? Откуда ? Куда ? Что ? Как и я ? В неизвестность ? Будем знакомы тогда... Дмитрий. А Вас ? Натали ? В Ваших бездонных глазах Грустных дождей бессловесность, Ветром разорванный в прах Сон Сальвадора Дали.
76 Сросшийся с грязью плацкарт В тамбуре спор коромыслом Меж анекдотов и карт День незаметно ушел... Знаешь, я был бы так рад, Чтоб как стемнеет - со смыслом... Нет? ... Почему?... Виноват ? ... Понял, осел - так осел. Здравствуйте. Кто Вы ? Куда ? Также как я ? В бесконечность ? Боже, зачем же туда ? Как Ваше имя ? Люси ? В Ваших безумных губах Чувствую, спряталась Вечность, К черту раздумья и страх В такт пиано Дебюсси. Всем нам куда-то туда В светлую тьму...В неизвестность... Камни сжигает вода Годы на бег перешли ... Пусть нас несут поезда В сказочно светлую местность Где познает ерунда Истину мудрой Земли. Снова в бездонную даль Сумерки, рельсы, перроны. Прежних ошибок печаль Спит под ночной перестук. Дождик под утро устал Солнышко слепит вагоны Здесь мой бродячий причал - Исповедь встреч и разлук. Тюмень, июнь 1999, февраль, 2000
77 Последний сон (у ворот царства теней) Где-то за тучей рассудка Спит затуманенный крик : Маслом расписанный жутко День перед вечером сник. Исповедь грез полнотонных Гонит печаль в пустоту... Дно откровений бездонных Мягко остудит мечту. Небо затянется синим, Солнце склонится к реке, В песне излетной застынем В жар потерявшем песке... Хватит ! К чему разговоры Истина рядом и так... Споры, раздоры и ссоры - Просто ненужный пустяк... Стойте-ка ! Стойте ! Минутку ... Что это ? Бабушки лик ? Что же за холод здесь жуткий ? Где я Вас видел, Старик ? Бабушка с Дедом ... Так ясно Вижу вас вместе во сне... Холодно ... Бог с ним ... Прекрасный Сон на безумной войне. - Слышь, дед, а вместо Союза Стайка разрозненных стран - Врут, как и раньше, от пуза Только теперь не про план... Правнуков, слышали, двое, Витькой и Вовкой зовут ... Холод ... Да что же такое ? - Внук, здесь не Сон, здесь - ПРИЮТ. Краем оставшейся песни Хочется солнца вдохнуть, Мир, что до жути известный, Хоть на чуть-чуть возвернуть. Поздно ? А может не поздно ? ... Тень удлиняет себя. Первые тусклые звезды Дарят свой свет не любя... Тюмень, март, 2000.
78 Россия у подъезда XXI века (взгляд из Сибири) Где ж вы нынче, друзья мои прежние, Где мотивы ушедших времен ? Где девчушки как клавиши нежные, Где фанфар оживляющий звон ? Из колонок - все звуки копытные - Что-то модное, как говорят, Переделаны песни забытые На какой-то банановый лад... В старых парках, забывших о музыке, Так нелепо гарцуют щиты, На которых заморские мультики Воплощают мальчишек мечты. Лего, сникерсы, марсы и орбиты Для детишек как сказочный сон. Про Иванушку книжки разорваны - Лишь от видика - сладостный стон. На базарах - кавказская житница: Эй ! Бабулка ! Пастой ! Уступлу И готово бы сердце откликнуться, Да до пенсии - в день - по рублю. Не про бабушек рынки сибирские Абрикосово-яблочный рай ... Вот картошечку можно ... Хоть мисками - Слава богу, картофельный край. Капитан продает амуницию Словно прапорщик сделал лицо. Ни к чему капитану амбиции, Дома - двое голодных мальцов ... Ну а прапор по-крупному занялся: - Медный кабель со стрельбища снял, А потом даже в бизнес ударился - Самолет на "Паджеро" сменял. Порасширились ВУЗы престижные: Нужно просто пять лет оплатить. Все студенты - со знаниями высшими Все готовы хоть Мир сотворить... Даже звания, когда-то ученые, Кандидатов, доцентов и проч. Продаются за бабки зеленые Здесь науке хоть плачь - не помочь.
79 Вот подружки - как пиво доступные Предлагают себя на углах. Ножки длинные, ласки минутные Блеск фальшивый в холодных глазах ... С прокурорскими лица так схожие К ним в объятья за штуку летят, А потом с обнаглевшими рожами Все о судьбах России твердят. Им бы лучше как в добрые старые Поправлять, направлять, раскрывать Но не в жилу убийства кровавые ... Бесполезно ... Ну как не понять Под заказ все мокрухи - с гарантией ... По понятиям заказ - Приговор, Для понятий законы - как фантики И как фантик любой прокурор. Наркота оккупирует нацию На игле в двадцать - каждый второй. Государству бы как бы вмешаться бы, Только лобби за иглы - горой... Индустрия исправно работает, Кучу бабок, к тому же - шальных Депутат, получив, отработает... В высших Думах о детях своих На электо-оральных баталиях Выбирают кого-то опять И опять обещания старые: Навести, разобраться, поднять ... Эй, мужик с Евдокимовской мордою Вот ведь вздумал ... Тягаться с семьей ... Не вернутся к нам песни задорные Про последний решительный бой. Подберезовик выскочил в первые, Боровик от паденья погиб Черепок с оголтелыми нервами Рвется в мэрзость. Вот только б не влип... Депутаты Чукотско-Черкесские Алюминий прибрали к рукам... И слышны откровения дерзкие: Все воруют ... А зависть - к чертям.
80 В телевизоре - шоу воскресные: Честь, Достоинство, Рыжий, Лужок ... Режиссером за куклами местными - Березовско - Гусинский торжок... Эх, Россия, страна неизвестная Покоренная наглым жульем Постно-жирно-соленая-пресная ... Вот в такой мы отчизне живем. Где ж вы старые добрые правила, По которым нет выше, чем честь ? Где ж ты, время, все это оставило, Нам донесши лишь хамство и лесть, Фальшь политиков, ложь пересказчиков, Горы трупов невинных юнцов ? Кто, скажи, здесь явился заказчиком, Превратив нас в планету глупцов ? Тюмень, 28 - 30 марта 2000 г.
81 Перед победойБывает так в предутреннем затменье, Сквозь грязный блик оконного стекла, Душа, что ищет светлого прозренья, Вдруг в сорок пятый память унесла... Случилось мне в двухтысячном апреле Отбросив прочь покой и тишину, Презрев речевки телепустомелей Как наяву увидеть ту весну. Пел пулемет, батрачивший от Минска, Запев не про войну, а для весны. Ведь так казалось, до Победы близко, Что снились восхитительные сны ... Хотелось жить ... Победа на подходе ... Но в майским днем возлютовала смерть. И парень с двадцать пятого - Володя Ушел навечно в эту круговерть. Не верилось, что Он, пройдя от Курска Без ран, без плена, лагерей, невзгод Не возвернется в край свой Оренбургский, Где маменька единственного ждет ... Слепая пуля, выскочив внезапно, Оборвала неистовую жизнь ... И крик из рощи вырвался невнятный - Крик соловья, уставшего от тризн ... Уснет навеки сердце молодое, Давая жизнь другим на много лет... Уснет навеки, во плоти Святое, Даруя нам наш нынешний рассвет. * * * Случилось мне в двухтысячном апреле, Отбросив прочь покой и тишину, Презрев речевки телепустомелей Как наяву увидеть ту весну. И словно это я до той Победы Не дотянул, поймав чужую сталь, Сказав парнишке: "Ты живи-ка, деда, Чтоб я когда-то внуком твоим стал". Тюмень, апрель, 2000
82 В компании с коллегами Когда ты уходил, Сереж, Ты видел Цвет и видел Землю И в вышине дрожала дрожь ... И также я ее преемлю ... И верю в Русскую печаль Из Константиновской деревни, И лишь тебе кричу: "Прощай !", И лишь тебе как Небу внемлю ... Мы в той блаженной вышине, Куда ты в тридцать вдруг умчался, Постигли истину в вине Втроем ... Хотя Га-Ноцри жался ... Серега ! Знай ! Я допишу Твои печальные мотивы ... Я здесь двоим принадлежу ... Тебе с Наташкой ... Будем живы Хабаров прав ... Мы будем жить Сережка ! Веришь ! Сашка круче ... Он Русский, он быстрей бежит ... Такой безумно редкий случай ... Рейс Нягань-Тюмень, апрель, 2000
83 *** Подари мне хоть пару минут ... - Телефонная трубка ... Дыхание ... И напомнятся вдруг обещанья, Про которые птицы поют. Подари мне хоть пару минут Безысходности наших свиданий, Пустоты позабытых мечтаний - Тех, что душу уж больше не жгут. Подари мне хоть пару минут Нашей памяти юной, незрелой - Той, в которой амурные стрелы Так легко находили приют. Подари мне хоть пару минут Той весны нашей искренней сказки, Где срывались одежды и маски, Где коктейлились водка и брют. Подари мне хоть пару минут... И в стогах, покоренных цветеньем, Нас пронзит святотатство прозренья В том, что больше нигде, коль не тут. Подари мне хоть пару минут И поверь, не сумеешь отбросить Нашу память в холодную осень ... И не хватит нам этих минут. Тюмень, июль, 2000..
84