ЗВЕЗДА И ШАР

На лице Вадима играла улыбка. Со стороны это особо заметно
не было. Пассажиры перекошенного набок троллейбуса никогда бы
этого не сказали, даже если бы им пришло в голову оторваться от
визга и скрежета сломанной рессоры, скребущей асфальт.
Оторваться от пыльных ст╦кол и глянуть на невзрачного человечка
в замасленных каз╦нных ботинках с полоской недоотмытого автола
попер╦к лысины. Вадим умел скрывать эмоции...

Ещ╦ со службы, когда ефрейтор Тетерин коротко бил под ребро
за три секунды до входа товарищей офицеров.
И надо было стоять смирно, с разв╦рнутыми плечами, и есть
глазами полковника Лосося.
- Чего это у тебя, Кудряшов, глаза слезятся, - ласково говорил
полковник, - сходи в лазарет, смажь от инфекции.
- Так точно, товарищ полковник.
- И голос у тебя, Кудряшов, сиплый, с перепоя что-ли, а,
Тетерин?
- Так точно, товарищ полковник, с сивушных мас╦л новобранец
завсегда речью слабнет, - голос ефрейтора звенел в морозном
воздухе умывалки.

... Всего-то и было от улыбки - морщин несколько лишних да
дрожание в углах рта л╦гкое.
Родная мама не сказала бы, что улыбается.
А Евдокия приметила.
- С утра раззявился, панк, - сказала она спокойно, - хоть бы
зубила почистил сперва.
Женщина она была миролюбивая, ладили они неплохо. Любила вот
только Евдокия телевизор смотреть, и слова новые, незнакомые
заучивать.
- Я тебе говорил панком не звать, у них вон хохлы петушиные, а
у меня только за ушами и осталось.
Сказал, а сам понял, настроения мне сегодня ничем не собь╦шь, день
великий.
- А на ушах ещ╦ больше, - отозвалась Евдокия, - с чего веселье
то, премиальные получил, тогда гони.
Это больше для порядку было сказано, все деньги Вадим н╦с домой
неукоснительно, и получку, и аванс и премиальные.
За шестнадцать лет ни копейки не пропил.
Шурин правда говорил, потому это, что у него на предприятии
технического спирта хоть жопой пей.
Да нет, знала она, что мужик е╦ положительный, зря копейку не
просадит. Так оно и было почти все шестнадцать лет.
Почти все.
Не знала Евдокия, что один раз, в конце зимы, недон╦с Вадим до дома
семь рублей тридцать восемь копеек...

Приш╦л он тогда возбужд╦ный, рука в кармане.
- Чего это ты там мусолишь, покажь, - сказала она.
- Гайки, - говорит.
- Вр╦шь, с гаек скакать не будешь как наскипидареный, покажь
говорю. Aaа, болты, чего врать-то было?
Вадим и сам не знал, зачем соврал. Потому наверное, что болты
эти купил он в магазине Юный Техник по рубль двадцать три штука,
таких в слесарке не сопр╦шь.
Болты особые, с расширенной резьбовой частью и с упорным буртом.
То, что нужно для центрального сборочного узла.

..."Теперь вс╦ есть" - думал он, - "текстолита в цеху навалом, пружины
можно из вращательной насадки спиздить, вс╦ равно только ржавеет
за бочкой, а на центральный узел кусок брони пустить".
Ещ╦ лучше, чем с гайками будет, гаек вс╦ равно не подобрать,
болты похоже дюймовые, а в броню саморезом пойдут.
А родилась его мечта много лет назад...

Монтировка звизгнула краем о последний гвозь, доска
отвалилась. Под ней аккуратно и плотно уложенные, виднелись
синие коробочки с разноцветным рисунком.
- Чего там, чего? - завытягивала шеи очередь, - не томи.
- Венгерская игра, - серь╦зно объявил Кожевников, - кубик
Рубик ей название. Одиннадцать рублей штука, по две в руки.
Он попробовал подцепить один крупным пальцем, кубик не ш╦л.
Сдвинув ящик с края, Кожевников коротко пнул валенком дно,
три кубика скакнули в воздух.
С серьезным, сосредоточенным лицом Кожевников натягнул на
ватник замызганные нарукавники, - Которые тут с пяти утра,
подставляй кош╦лки.
Вадим молча смотрел на коробки, быстро исчезающие в карманах и
авоськах. Было очень любопытно, за что люди платят такие
деньги. Вдруг он заметил в очереди химика Александра Ильича.
Тот тоже увидел его и кивнул, улыбнувшись.
- Что, интересно? - спросил Саша, выбравшись из толпы с
сине-радужной коробкой в руках, - мне и самому не терпится
глянуть.
Он развернул картонные створки, и на ладонь скользнул ч╦рный
куб с яркими цветными гранями.
- Чего же с ним делают? - спросил Вадим озадаченно.
- Гляди, - кубик вдруг как будто треснул неровно у Саши в
руках, и цвета на гранях смешались.
Вадим оторопел. Весь его опыт слесаря пятого разряда восставал
против увиденного.
- Углы ж должны отлететь - сказал он неуверенно, - им же
держаться не за что...

С неделю ходил он как пришибленный, бормоча - углы ж слететь
должны, слететь...

1. Таинственная незнакомка

Константин Сем╦нович Волопас волновался. Экстренное
совещание в министерстве могло означать вс╦, что угодно.
Прошло совсем немного времени с его головокружительного
выдвижения...

Вот так же как сейчас его, тогда ещ╦ директора Грозненского
подразделения, вызвали в министерство. Он конечно знал,
что Демьянов, тогдашний генеральный, уходит на пенсию,
да и референт министра к ним в Чечено-Ингушетию тогда
частенько наведывался. Чувствовал Волопас, грядут
перестановки.
Референт за водкой намекнул: - Готовь, Константин
Сем╦нович, чемоданы.
Но того, что произошло, он предположить не мог...

Министр встретил его сам, вышел изза стола навстречу,
протянул руку для рукопожатия.
- Наслышан, наслышан я о тво╦м героизме, Константин
Сем╦нович, - ут╦рли мы нос итальянцам! Ну расскажи,
расскажи, как ты сам лично встал к амбразуре...
Министр ощущал л╦гкое чувство вины за недоразумения,
произошедшие с закупкой линии непрерывной суспензионной
полимеризации фирмы "Монсанто".
Он уже дал по ушам референту за то, что в делегации не
оказалось ни одного спеца. Тот вяло отбрыкивался: отведены,
мол, все кандидатуры, не проходят спецы в делегации, ну никак
не проходят... Короче, делегация, нахрюкавшись чинзано,
закупила линию без ноу-хау.
- Нахрен нам ихнее ноу-хау, - оправдывался глава делегации
Хрюшко по возвращении из Рима,- это ж аж тридцать лишних
миллионов! В тв╦рдой валюте! Мы ж их спросили, что там в
н╦м есть, и ничего особенного там нет, какие-то тонкости
процесса... Да неужто ж наш специалист не разбер╦тся в
тонкостях?! Аппаратура ж вся закуплена и документация ж
вся при ней!

В Грозный была брошена группа лучших представителей науки,
линия была в рекордный срок установлена и дала первый
продукт двадцать девятого апреля.
Тридцатого победный рапорт уш╦л в политбюро, откуда последовал
немедленный ответ: 'Поздравляем, так держать, после майских
праздников посетим первую отечественную линию непрерывной
полимеризации лично'.
Второго в ночь линия дала козла.
В три ночи Волопаса разбудил звонок начальника отделения.
- Вязкость завышается неуправляемо! - орал он сквозь
вой аварийных сирен. - ид╦т за пределы контроля!
- Уч╦ные где, мать их в небеса?! - гаркнул Волопас.
- Автобус за ними послал, скоро будут... Что делать,
Константин Сем╦нович, - ревел начальник отделения -
вискозиметры останавливаются! На воздух можем взлететь
ежесекундно!
- Спускай давление. - по командному произн╦с Волопас.
Когда его ч╦рная Волга с визгом затормозила у дверей
отделения, вс╦ было кончено.
От ресиверов, как от загнанных коней, ш╦л голубой пар,
квадратные итальянские манометры дружно показывали ноль,
а в главном реакторе сидел страшный сон полимерщика -
заполимеризовавшаяся суспензия или попросту говоря - коз╦л.
Этот коз╦л был всем козлам коз╦л: тридцати метров в длину
и десяти в обхвате, гиганский блок тв╦рдого как скала
полиметилметакрилата уже начинал уседать, остывая, и
отходить от нержавеющей стали котла, медленно кор╦жа
турбины мешалок.
Подъехал рафик с наукой.
- Вы знаете, Константин Сем╦нович, Know-how в переводе
на русский означает знай-как и является неотъемлимой
частью любого производственного процесса.
Волопас молча смотрел на говорившего, сдерживая дерущего
глотку ежа ярости. В сознании эхом отдавалась одна и та же
мысль: "Сколько ещ╦ мы будем зависеть от этих чистоплюев...
плюев...плюев".
А молодой представитель науки продолжал: - обычно фирмы
берут за него до половины стоимости всей линии, Монсанто
запросили только тридцать процентов, и непонятно, почему
наверху отказались.
"чистоплюев...плюев...плюев" - звонко рикошетировало внутри
черепной коробки.
Громоподобный треск вырываемого с корнем ротора мешалки вывел
его из каталепсии.
- Поднимай народ, - коротко бросил Волопас начальнику
отделения, - подгоняй компрессоры, будем вышибать козла
вручную. Времени нет, работу организовать в три смены, по
принципу ротации.
Начальник отделения боготворил Волопаса. Он всегда поражался
его способности принимать ясные и быстрые решения в обстановке
постоянно меняющихся обстоятельств.

Возле памятника основателю города генералу Ермолову
к Саше подошли трое.
Двое явно чеченцы, один светловолосый.
- Земеля, - начал блондин...

Памятник показал ему вчера сосед по номеру следователь прокуратуры
Верховного Совета СССР Илгамжик Тусэу.
- Видишь памятник,- спросил Тусэу, хитро прищурившись.
- Нет,- сказал Саша.
- А между прочим, мы стоим сейчас от него в девяти метрах,
давай теперь перейдем улицу и посмотрим с той стороны,- добавил
Илгамжик.- Теперь видишь?
За кирпичной стеной, возле которой они стояли раньше, за
тремя рядами колючей проволоки виднелся бронзовый бюст в
эполетах.
- С момента основания форта Грозный памятник уничтожали
двадцать семь раз,- сказал Тусэу и глаза его совсем исчезли
в прорезях век, - до сих пор гранаты кидают. Сделать с ними
ничего нельзя, раз в пять лет наша следственная комиссия
приезжает и сажает всю верхушку. За пятъ лет вс╦ возвращается
на круги своя и мы приезжаем снова.

... - Земеля, - сказал блондин, ты ведь родом отсюда, верно?
- Не совсем,- ответил Саша, прикидывая трассу забега.
Брюнеты уже обошли с тыла.
- Ну да, я же говорю, отсюда,- продолжал блондин, - с Земли,
поделись с земляками десятью рублями.
"Разминка", подумал Саша, передавая деньги и спросил:
- Гранаты у вас есть?
Жители планеты Земля переглянулись, после чего с достоинством
удалились.
Интересно, какова иммиграционная политика на Луне?