ЂЉЊ

“„Ђ‹Ћ‰

из книги
"—ерное зеркало"

‚ черной, с непомерно длинным коридором коммунальной квартирке в самом дальнем углу, в десЯтиметровой комнатушке, жил маленький, юркий человечек. Ќикто его почти не знал. „аже соседи по сумасшедшей этой квартирке понЯтиЯ о нем не имели. Ќу, живет человек, в туалет бегает, зовут ‘ашею, фамилиЯ Љурьев, ну и что? ѓде-то работает. —то-то говорит. Љого это волнует?

Ќо иногда по ночам из комнатушки ‘аши доносилось пение. ‘лабо доносилось, но зато пел он часа по два, по три. „евочка ЉатЯ порой подходила к его дверЯм и прислушивалась. Џение, точнее, сами слова песен были такие страшные, что девочка ЉатЯ ничего в них не понимала и обычно отскакивала от двери через пЯть минут.

‘аша никогда не выбегал на нее и ничего не предчувствовал по отношению к этому постороннему наблюдателю.

Ѓольше никто не интересовалсЯ им. Ќо все же что-то там происходило, за этой дверью. ѓигант ‘авельич один раз подошел, чтоб постучать, в том смысле, что чайник у ‘аши на коммунальной кухне перекипел, н только решил размахнутьсЯ как следует своей огромной ручищей, чтоб вдарить, как услышал доносЯщеесЯ изнутри кудахтанье, а потом гортанный истерический полукрик, полувизг, но не зверЯ, не человека, а некоего, по-видимому, третьего... ’ак, по крайней мере, решил гигант ‘авельич и отскочил от двери, как от змеи. ‚ышел на кухню и вылил проклЯтый перекипевший чайник на пол.

Ќа что потом со стороны ‘ашеньки не было никаких возражений.

Ћднажды позвонили ему по телефону, и соседка ‘умеречнаЯ (такаЯ уж у нашей ’ани была фамилиЯ) шепнула ему в замочную скважину, что, мол, его зовут.

‘аша вышел.

‚се было спокойно.

‘тарушка Ѓычкова на кухне чистила картошку; гигант ‘авельич мирно хлебал рЯдом с ней водку; девочка ЉатЯ - внучка старушки - играла на полу меж огнем газовой плиты и портретом ‹ермонтова на стене. ‹юба ђозова, нежнаЯ, молоденько-толстаЯ с васильковыми глазами, слушала в своей комнате симфонию ђимского-Љорсакова. …е мужа, интеллигента Џети, нигде не было. ‚ боковой же комнате ругалась сама с собой ‚арвара, толстаЯ, угрюмаЯ и непривычнаЯ к жизни на том свете женщина.

’анЯ ‘умеречнаЯ любила их всех, но за Љурьевым, за ‘ашей, ни с того ни с сего стала наблюдать, пока он тихо себе говорил по телефону.

‚друг она взвизгнула.

Ќадо сказать, что к визгу ’ани ‘умеречной уже все давно привыкли, несмотрЯ на то что ее, вообще говорЯ, считали "отключенной". Ќу, повизжит себе порой человек и перестанет. ‚се, как говоритсЯ, под Ѓогом ходим.

€ на этот раз на ее визг никто особенного вниманиЯ не обратил. Ќу, гигант ‘авельич пошевелил ушами, старушка Ѓычкова картошку в кастрюлю с молоком уронила - и это все.

Ќо ’анЯ взвизгнула через минуту опЯть, да так утробно, что всем ее жалко стало, даже малышке Љате. Ќо не успели они опомнитьсЯ, как она возьми и еще раз взвизгни, да как-то совсем дико, разорвано, словно не в своей квартире она, в Њоскве, а в каком-нибудь зоосаде, да и то на другой планете. € тут же ‘аша по коридору мимо нее прошел и разом в свою комнату, это все видели - дверь в кухню открыта была. ‘тепенно так прошел, но гиганту ‘авельичу показалось, что у него, у ‘аши Љурьева, уши необычно шевелЯтсЯ. Џрошел в свою комнату и заперсЯ.

Џока в кухне все столбенели, ’анЯ ‘умеречнаЯ сама ворвалась туда.

- —то случилось?! - проревел гигант ‘авельич.

- —то случилось! —то случилось?! - закричала зареваннаЯ ’анЯ.

- Ђ то случилось, что ‘аша Љурьев на моих глазах, пока разговаривал по телефону, в бычка превратилсЯ...

- Ђ ты глазам не верь, ’анЯ,- строго вмешалась старушка Ѓычкова.

- ’ы глаза-то протри, ‘умеречнаЯ,- поддержал ее гигант ‘авельич.- џ уже три днЯ водку лакаю, и то ничего, все вижу как есть... Ђ ты с чего бы?

- •улиган! - взвилась ’анЯ.- џ непьющаЯ и все Ясно видела! ‘начала в быка, потом сомлел и в орангутана превратилсЯ, все же по форме к нам, людЯм, поближе, а когда трубку повесил, то стал тихим недоедающим существом... Ђ когда мимо менЯ шел - опЯть в ‘ашку превратилсЯ, в Љурьева...

- •ватит, хватит! Џроспись, стерва! - заорала вдруг старушка Ѓычкова.- —то ты последний ум отнимаешь!.. ‡аговорщица какаЯ нашлась,- добавила она более миролюбиво.

ѓигант ‘авельич угрожающе привстал.

’анька тут же смылась в свою комнату. ‘авельич развел руками и извинилсЯ перед старушкой Ѓычковой...

€з комнаты вышла ‹юбочка ђозова. Ћт добродушиЯ лицо ее стало совсем нездешним и по-русски красивым.

- —его натворили, балагуры? - осведомилась она.

- Њы што, мы ничево,- прошамкала старушка Ѓычкова.

- ќто ’анЯ шалит,- высказалась с полу девочка ЉатЯ.

…е одобрили.

‚ это времЯ дверь в комнату ‘аши - а была она как раз напротив кухни - распахнулась, и на всех глЯнуло кривоногое существо с козлиным взглЯдом и в каких-то лесных, корневых лохмотьЯх.

- ‘аша пришел! - закричала ни с того ни с сего девочка ЉатЯ, словно привычнаЯ.

Ћстальные были почти в обмороке. ђука гиганта ‘авельича тЯнулась, однако, к бутыли с водкой, но тело его было само по себе...

- Ќеужто правда?! - ахнула старушка Ѓычкова,

- Џравда, все правда, мать! - прорычал ‘аша, хлопнул дверью и скрылсЯ у себЯ.

- Џсихиатра зови! - истошно гаркнул ‘авельич. ‹юба онемела.

‚ысунулась из-за двери голова ’ани ‘умеречной, и раздались злобные звуки:

- џ же вам говорила! Ђ вы не верили!

‚ коридор выскочила ‚арвара.

- Ђ Я вообще ни во что не верю! •ватит уже, хватит! ’вари сноподобные! ‘ ума менЯ все равно не сведете! - орала она.- Ќикому и ни во что Я не верю!

†ила она в комнате рЯдом с кухней - и, видимо, все слышала, но, правда, ничего не видела.

ѓигант ‘авельич вскочил и стал бить кулаком в стену.

- “мру, умру! - кричал он истошно.

‘тарушка Ѓычкова надела на голову кастрюлю и разрыдалась.

‹юба, очнувшись от легкого обморока, утешала ее:

- ‚се бывает, старенькаЯ, все бывает. Њожет, нам почудилось, может, шутку сыграли. †изнь-то - она огромнаЯ,- ‹юба развела белыми руками,- в ней чудес-то полным-полно, мы ведь только малость пустЯшную от ‚сего видим. ‚от и прорвалось.

‘тарушка Ѓычкова чуть-чуть пришла в себЯ, снЯла кастрюлю с головы и облизнула пересохшие от страха губы.

- •оть бы хорошее что-то прорвалось к нам сюда, ‹юба,- заскулила она тоненьким от пережитого голоском.- Ђ то всегда одна нечисть прет. Ђ ведь ‘ашка-то был такой умный, благовоспитанный, тихий... Ђ вон оно как обернулось!.. Њилицию позвать, что ли?

- ЉакаЯ тут милициЯ, дура! - заорал ‘авельич весь красный и опЯть стал бить кулаком в стену.

- ‹ермонтова-то мне не попорть! - вдруг вырвалось у старушки Ѓычковой.

- Ќаш ‹ермонтов уже давно на том свете и за нас Ѓогу молитсЯ, чтоб всех нас спасти,- выговорила ‹юбочка.

‚арвара выпучила глаза,

- Ќеужто уж орангутаном глЯдел?!. Ќе верю, не верю! - за выла она.

ѓигант ‘авельич вдруг смЯк.

- ЏоглЯдеть надо на него,- решил он.- „авайте постучу ему в дверь. ‚ыходи, мол, ‘аша, и не пугай нас, •риста ради.

- ’ы что, ополоумел?! - набросилась на него старушка Ѓычкова.- †изни нас лишить хочешь?

- Љонечно, зачем это? - поддержала ее ‹юбочка.- ‘идит он себе сейчас тихо взаперти и пущай сидит.

- •орошо хоть твоего Џети-интеллихента нигде нет,- сказала ей Ѓычкова.- Ђ то бы он сразу с ума сошел. Ђ мы, ‹юбка, люди ко всему крепкие,

- ‚от Я и говорю, постучать надо! - заорал гигант ‘авельич.- ‘колько можно терпеть непонЯтное! Ђ то Я опЯть в стену бить буду - все тут у вас разнесу! „о последнего телевизора!

’анЯ ‘умеречнаЯ опЯть высунулась из своей пещеры-комнатушки.

- џ запрусЯ,- сказала она,- и буду глЯдеть на такой кош мар только в щелку!

- џ ‘ашке, как он придет в себЯ, голову оторву за такое хулиганство! - заорал снова ‘авельич.

Ќо все же пора было что-то решать.

- Ќе век колдовать и загадывать,- вздохнула на табуретке Ѓычкова.

Њилицию решили не вызывать. ”‘Ѓ тоже не беспокоить.

- ‘ами справимсЯ,- задумчиво сказал ‘авельич.- Ќе впер вой.

‚ это времЯ в комнате ‘аши раздалось шипение. ‚се замерли Ќо потом снова - мертваЯ тишина. ’ут гигант ‘авельич вместо того, чтобы постучать, разбежалсЯ и, как самый храбрый, тЯжестью рухнул на ‘ашину дверь, сразу же вышибив ее, у него уже не было сил терпеть непонЯтное. „верь рухнула с грохотом. ‚ середине комнаты на стуле сидел ‘ашок, вроде бы свойственный, не жуткий, но глаза горели мутным огнем.

‘тарушка Ѓычкова со страху перваЯ подбежала к нему и, нагнувшись, посмотрела в лицо.

- ’ы какой-то неродной стал, ‘аш,- прошамкала она.

Ќо гигант ‘авельич прервал ее.

- —то случилось, Љурьев? - заорал он.- Ћтвечай!

‚ысунулась ’анЯ ‘умеречнаЯ, не утерпев. ‘аша лизнул воздух и ответил:

- „а так, ничего. ’олько вы все на моих глазах изменились. Ѓычкова Ђнна Њироновна словно воздушнаЯ струЯ стала. ‚арвара померла. Ђ вы, ‘авельич, еще больше стали, только не по-нашему. Ђ ’анЯ - та вообще, Я ее душу видел. Њалышка ЉатЯ умнее всех стала и жуткаЯ. Џотому Я и сомлел,- закончил ‘аша.

‘тарушка Ѓычкова совсем онемела.

- —то ты ум мой пугаешь, ‘ань? - взвилась она.- џ ж за него в ответе! ’ы что?!

‘аша встал со стула, € тут все увидели, что лицо его опЯть менЯетсЯ (хотЯ сам он, может быть, на это не обращает вниманиЯ). €счезает плавное человеческое выражение, горЯт не только глаза, но и ум. € поЯвлЯетсЯ что-то далекое, призрачно-глухое. € ушки - да, да, ушки быстро шевелЯтсЯ.

- Љ психиатру его! - завопила старушка Ѓычкова и перепугалась своих слов.

‚ышедшаЯ из глубинки ‚арвара (и все слышавшаЯ) вдруг поверила, что она умерла,- ни во что ‚арварушка в жизни никогда не верила, а вот в то, что она умерла,- поверила.

- Џочему же Я тогда думаю,- шепнула она помертвевшими губами.

’анЯ ‘умеречнаЯ была на грани распада.

Ћдна малышка ЉатЯ внезапно стала веселитьсЯ.

Ђ ‘аша все менЯлсЯ и менЯлсЯ. ѓуба выпЯтилась, глаз поумнел, но в потустороннем смысле, и волосы на голове - как-то страшно, на глазах присутствующих - стали медленно расти, разбросанные.

- ѓаллюцинациЯ! - закричала ‹юба и осеклась, словно не поверила сразу в свои слова.

- ѓде мы, где мы? - шипел, однако, ‘аша.- Љакие-то стали необычные!

‘тарушка Ѓычкова в отчаЯнии посмотрела на ‘авельича - он как был гигант, таким и осталсЯ. € ‹юбочка ђозова светилась по-прежнему. € ‘ашин шкаф вроде бы был на месте. Ђ вот что ‚арвара осталась прежнЯЯ - в это старушка Ѓычкова уже не верила.

- ЏлЯсать, сейчас будем плЯсать! - закричала вдруг ’анЯ ‘умеречнаЯ, запрокинув голову в потолок.

—то тут сразу началось!

—тоб скрыть ужас иного восприЯтиЯ реальности, гигант ‘авельич первым пустилсЯ в плЯс. Ќоги он задирал высоко, почти до висЯчей с потолка лампы, и, гордЯсь, норовил показать себЯ перед изменившимсЯ ‘ашею. ‘тарушка Ѓычкова старалась не отставать от него, как бы в паре с ним, но сил не было плЯсать так высоко. ’анЯ ‘умеречнаЯ обнЯла ‹юбочку, но в танце своем стремилась увести ее в коридор - подальше от всЯких космических "галлюцинаций" (так бормотала она в ухо ‹юбочке, а та только повторЯла, что она всех любит, даже галлюцинации, и готова их расцеловать).

‚ихрем металась на полу малышка ЉатЯ.

Ђ ‘аша, если только он еще был "‘ашей", стоЯл окаменевши (хотЯ волосы и росли), как герой пустынных превращений.

- Ѓезумие, безумие! - закричала ‚арвара, хотЯ она уже была мертваЯ. Ќе хватало только интеллигента Џети (он навернЯка бы спел свои сумасшедшие песни). ‘авельич плЯски, однако, не выдерживал и крушил, что подвернетсЯ под ноги. ’о самовар с комода опрокинет, то чайный сервиз в шкафу разобьет, то головой портрет ‘аниного деда раскрошит. ’ане ‘умеречной показалось тогда, что дед в отместку сошел с портрета и принЯлсЯ плЯсать вместе со всеми, наполовину невидимый, но хитрый и не забывший мир. € по-потустороннему крЯкал при этом.

Ќа полу сочилась живаЯ кровь.

‹юбочка слышала стоны, но в своей собственной душе.

Ѓыл бы ее муж ЏетЯ с ними, то он, не будь дурак, заглЯнул бы в оконце - мол, что там с миром, но ничего путного все равно бы не обнаружил. Њир как был странным, таким и оставалсЯ.

- Њудрецов на земле мало, вот что,- задумчиво проговорила ‚арвара совершенно несвойственные ей слова, как будто после смерти она стала уже совершенно другой.

- Ѓурю мы тут устроим, бурю! - орал ‘авельич, так бурно прыгаЯ, что чуть не ломал потолок.

Ђ ‘аша, прорастаЯ, все каменел и каменел, и душа его была за миллиарды лет до творениЯ мира.

- Џустите менЯ к нему? Џустите! - вдруг сорвалась ‹юбочка и, бросив ‘умеречную, кинулась к ‘аше.- ‘анЯ, родной! ѓде ты? ѓде ты? - она прикоснулась к нему.- џ все равно тебЯ люблю, ты ведь наш!

‘аша согласно кивнул головой,

‚незапно в комнате потемнело. —ерты людей как-то стерлись. ‚се натыкались друг на друга, только малышка ЉатЯ ползала между ног.

- „а, да, Я сама тоже менЯюсь,- бормотала ’анЯ ‘умеречнаЯ, натыкаЯсь на непонЯтные вещи, словно это уже были не стульЯ и столы.

- ЃудЯ! ЃудЯ! - гаркал иногда ‘авельич.

- Ђ ты не черт, ‘аша? - взвизгнув, спрашивала у него старушка Ѓычкова и громко отвечала самой же себе: - Ќе похож, не похож! - и как-то уверенно, словно она - тысЯчелетиЯ назад, может быть,- только и делала, что перебегала дорогу чертЯм.

- Ђ Я всех без различиЯ люблю, кого ’ворец создал, и всех, кого еще создаст, тоже люблю,- просветленно-странненько говорила ей ‹юба.- € всех, всех вас прощу, даже кто мне голову отрубит, потому что головы у менЯ нет,- совсем замутненно вдруг перешла она на другой смысл.

- ‘вета, света, света! - вдруг закричала мертваЯ ‚арвара.- •очу света!

‘начала на ее слова никто не обратил вниманиЯ. Ќо одновременно произошел спад плЯса. Ќе все же плЯсать до сумасшествиЯ, даже если произошло чудо. ѓигант ‘авельич уже не прыгал до потолка, а сел на стул и задумалсЯ. „аже старушка Ѓычкова не пугалась происходЯщего и замерла. Ђ ’анЯ ‘умеречнаЯ уже перестала чувствовать, что она изменЯетсЯ в иное существо, и потому тихо расплакалась. ‹юбочка же вообще была вне себЯ, но по-мирному. ‚се расселись вокруг ‘аши Љурьева, как вокруг планеты, но он тоже стал по-своему смирЯтьсЯ - это поразило всех, и все остолбенели, на него глЯдючи. Љто думал, что он снова обернетсЯ в бычка или в икс-существо, а кто считал, что он просто теперь запоет,

€ все ждали, ждали и ждали. Ќо ‘аша Љурьев, напротив, становилсЯ теперь не кем иным, как ‘ашей Љурьевым, хотЯ и совершенно остолбенелым, потусторонне-ошалелым. ‹ицо его приобрело прежние черты, и в глазах метались человеческие огоньки, хотЯ и полубезумные. ’огда старушка Ѓычкова заорала:

- Ћн опЯть стал человеком! “рааа!

ѓигант ‘авельич ответно гаркнул:

- “раа! - € шторы зашевелились.

Ќо остальные реагировали на это возвращение по-другому.

’анЯ ‘умеречнаЯ, нервнаЯ, сорвалась с места: нежные волосы разметались, тайно-русские глаза горЯт. —уть не обнЯла возвращенца ‘ашка и шепчет ему:

- ‘ашок, родной, открой душу... Ћткрой... —то с тобой было?.. ЉакаЯ сила?!! Љакой мрак, какой свет?? ѓде ты был, прежний?!. ‚ кого превратилсЯ... Љто в тебЯ вселилсЯ... ќто твои будущие запредельные жизни, скажи,- и в исступлении она стала дергать его за потную рубашку.

‘ашка выпучил глаза и только бормотал:

- Ќе трогай... Ќе трогай... ‚се равно никому ничего не понЯть!..

‹юбочка тут как тут взвилась - схватила ’анечку за плечи, а потом ну хлопать в ладоши и кричать:

- Ќу и хорошо, что непонЯтно, ’ань! ’ак лучше! Ђ то с ума сойдешь, от пониманиЯ-то! Ћт пониманиЯ того, что было! Ќе заводись, ’анька, плюнь на понимание!

ѓигант ‘авельич наклоном мощной головы одобрил ее слова.

Ћдни старушка Ѓычкова вдруг взъелась: непоседливаЯ стала от происшедшего безумиЯ. Џодскочила к Љурьеву и хвать его мокрой трЯпкой по голове. „а как заорет:

- ’ы отвечай, зараза, что с тобой было на том свете! Ќе пугай нашу душу! - и залилась слезами.

Љурьев побледнел и встал со стула, где сидел.

- џ за ’ворца не ответчик,- громко сказал он.- —то было, то было. Ђ что не понЯть, то не понЯть. Ќо за трЯпку ты ответишь, Ѓычкова.

- „а мы любим друг друга, любим! - закричала ‹юбочка. Џодбежала к ‘ашке, поцеловала его, потом к Ѓычковой - с тем же самым, даже гиганта ‘авельича обнЯла, отчего он крЯкнул. ’анЯ ‘умеречнаЯ взЯла ее за руки вне себЯ от радости.

- ‘вета, хочу света! •очу-у-у! - закричала в углу мертваЯ ‚арвара.

€ внезапно ‚еликий ‘вет возник в сознании всех находЯщихсЯ в этой комнате.

’…Љ‘’› ЊЂЊ‹……‚ ‚Џ…ђ…„