ЂЉЊ

ЏђЋ‘’Ћ‰ —…‹Ћ‚…Љ

из книги
"—ерное зеркало"

—еловек Я в общем неудачный. € неудача моЯ состоит в том, что Я не стал богом. „а, да, богом, бессмертным, внечеловеческим. †ить мне осталось всего днЯ два (таков уж научный прогноз), а за сорок восемь часов не выучишьсЯ стать богом.

„ва днЯ. Ђ на остальное мне наплевать.

‚се кончено.

‘ижу Я в маленьком ресторанчике в Њюнхене и коротаю это времЯ, все-таки два днЯ, самые последние, тЯнутсЯ безумно долго. Ќу что ж, потерплю. ‡аказал Я себе салат и три мюнхенских пива. џ люблю мюнхенское пиво, от него веет простотой. (џ и сам, в сущности, прост.)

Ђ с миром - черт с ним. ‘ этим Њюнхеном, ђио-де-†анейро, Ќью-‰орком и прочей чепухой.

Џусть моЯ жизнь не удалась (по причине, которую Я объЯснил), но у этих существ, людей, так сказать, жизни вообще не было. ’ак что не было даже что выбирать, кроме сосисок, салатов, машин и пива.

Ќо где-то Я их люблю.

Ћсобенно женщин. ‚се-таки Я принадлежу к их роду, то есть роду человеческому. ‚ этом и всЯ загвоздка. ‚о всех буддийских писаниЯх, например, написано, что родитьсЯ человеком - это величайшаЯ удача, один раз такое бывает за миллионы более низших воплощений - от бесчисленных похотливых насекомых (это, конечно, символика) до демонов, орущих в пустоту.

Ђ Я вот не согласен.

€ на кой черт нужно это человеческое воплощение, если длЯ девЯносто девЯти процентов людей оно проходит даром: поспал, поел, попихалсЯ, потрудилсЯ и в гроб. —ем это лучше насекомого? •отЯ всЯ современнаЯ западнаЯ цивилизациЯ на этом и стоит (на физиологии то есть). ‚прочем, ну ее к черту, такую цивилизацию,- все равно она скоро издохнет, как крыса, задохнувшаЯсЯ от собственного бытиЯ.

Љ сожалению, теперь менЯ уже ничто не интересует.

€бо у менЯ осталось только два днЯ.

€ за это времЯ Я не смогу стать богом. Ђ человеком мне быть противно.

’ем не менее повторЯю: Я где-то люблю этот поганый род, в котором черт менЯ угораздил родитьсЯ.

Ћсобенно люблю женщин.

‡десь они - в этой пивной - такие странно сентиментальные, почти живые, в отличие от остальных многотысЯчных жителей этого города.

€ли мне в бреду так кажетсЯ?

џ уже выпил две кружки этого красивого пива.

†енщина тут сладкаЯ, мЯгкаЯ, в мЯсе, с большими грудЯми.

—то в душе у них - и есть ли вообще у них душа,- Я не знаю.

Ќо некоторые современные западные теологи решительно отметают это средневековое суеверие о душе и ее бессмертии вообще. Ћни отметают и самого Ѓога, оставаЯсь при этом профессорами теологии.

Ќу, Ѓог им в помощь. Ћни делают то, за что им хорошо платЯт.

‹ично мне простые бабы в пивной нравЯтсЯ гораздо больше, чем эти богословы.

ЋпЯть повторЯю - то, что мне не удалось стать бессмертным, планетарным божеством хотЯ бы, это только потому, что Я воплотилсЯ не там, где хотел, а среди уже деградировавшего человеческого рода.

€ пусть древние тексты говорЯт о человечестве иное - они же имеют в виду других людей и другое времЯ.

Ќу-с, с этой комедией покончено.

џ опустил Яд в мою последнюю кружку пива и предвкушаю...

Ќо это поганое, гниющее, смрадное человеческое тело... џ опЯть-таки приобрел его в свЯзи с рождением в этом человеческом роде - ѓосподи, как он мне надоел. џ тупею при одной мысли о нем.

ЉажетсЯ, скоро - если Ѓог даст - Я уже не буду принадлежать к нему. џ сделал все необходимое, чтоб хоть после смерти не принадлежать к нему.

€ все-таки, и все-таки...

џ глЯжу вот сейчас на них, жующих, глЯдЯщих, пьющих свое пиво. Ќа их женщин, у которых глаза лучше, чем у мужчин.

Ќу и что? Џусть немного лучше. Ќу и что? ѓосподи, как они мне надоели, со своими книгами, со своим пивом, со своими религиЯми... ‘кажут, что Я - духовный эмигрант. Ћдна моЯ бабка была русскаЯ, из ђоссии, другие предки - здешние. Ќо ведь Я родилсЯ тут, на ‡ападе. € не знаю ђоссию. Љ чему этот разговор? —ерез час или раньше Я стану настоЯщим эмигрантом. Џора, пора!

€ все-таки. Ћдин только раз Я был в этой стране, в ђоссии. Ќо мало ли стран на земле - џпониЯ, €талиЯ, ‹юксембург, ЃельгиЯ. Ќо ђоссиЯ совсем инаЯ. Ћна не просто страна. џ почувствовал это, как только приехал туда. џ был там всего одну неделю. Ћдну неделю посреди десЯтков лет своей жизни.

Ќичего, ничего Я там не понЯл. Ќу, люди, ну, города. € вдруг один страшный момент. џ был за городом, в лесу. Џрирода эта поразила менЯ своей тоской, но какой-то высшей тоской, словно природа эта была символом далеких и таинственных сил. € вдруг из леса вышла девочка лет четырнадцати. Ћна была избита, под глазом синЯк, немного крови, нога волочилась. Њожет быть, ее изнасиловали (а такое случаетсЯ везде) или избили. Ќо она не испугалась менЯ - здоровенного мужчину лет сорока, одного посреди леса. Ѓыстро посмотрев в мою сторону, подошла поближе. € заглЯнула мне в глаза. ќто был взглЯд, от которого мое сердце замерло и словно превратилось в комок бесконечной любви, отчаЯниЯ и... отрешенности. Ћна простила менЯ этим взглЯдом. Џростила за все, что есть бездонно-мерзкого в человеке, за все зло, и ад, и за ее кровь, и эти побои. Ћна ничего не сказала. € пошла дальше тропинкой, уходЯщей к горизонту. Ћна была словно воскресшаЯ ђусь.

џ оглЯделсЯ вокруг. € внезапно Ясно почувствовал, что в этой бедной, отрешенной природе, от одного вида которой пронзаетсЯ душа, в этих домиках и в храме вдалеке, в этой стране таЯтсЯ намек на то, что никогда полностью не понЯть и что выходит за пределы мира сего...

Ќу ладно, с этим конец. Џотом, вернувшись на ‡апад, Я завертелсЯ в обычном человеческом колесе: деньги, бессмысленнаЯ работа, слабоумный вой по телевидению, алкоголь. ‘тресс. ѓде-то в стороне гомосексуализм. ‘чета. Њетро. ‘тресс. Ђ потом - эта болезнь. Ћсталось всего два-три днЯ, Я думаю; и так еле двигаюсь. Ђ теперь - здравствуй, пиво с Ядом! Ќа этом ставлю точку и пью... ‚от и буквы расплываютсЯ... џ уже почти не могу писать.

Џрощай, нелепый мир!

’…Љ‘’› ЊЂЊ‹……‚ ЌЂ‡Ђ„ ‚Џ…ђ…„