ЂЉЊ

“„Ћ‚‹…’‚Ћђћ‘њ!

из книги
"—ерное зеркало"

"—то может быть непонЯтнее и вместе с тем комичнее смерти?! Џосудите сами: с одной стороны, есть теории, по которым загробнаЯ жизнь расписана как по нотам; нет ничего легче, согласно этим теориЯм, как предсказать даже дальнейшую, на целые эпохи, эволюцию человеческого сознаниЯ, как будто речь идет о предсказании погоды; так что же говорить о несчастной загробной жизни - здесь же все Ясно, как на кладбище; с этой точки зрениЯ - смерть вообще иллюзиЯ, некаЯ шутка природы и обращать на нее внимание так же нелепо, как суетитьсЯ при переходе из одной комнаты в другую... Ќо, с другой стороны, существует прЯмо противоположное мнение: после смерти - тотальнаЯ и бездоннаЯ неизвестность; "смерть есть конец всЯкого опыта", а предыдущие гипотезы - лишь увеселениЯ земного ума; жить в смерти - это значит жить в отказе от всего, что наполнЯет сознание. ‘мерть - не шутка природы, а, напротив, необычайно глубокое Явление, требующее серьезной и всепоглощающей прикованности.

Љак совместить, как примирить эти крайности?! ‚едь положительно можно сойти с ума, бегаЯ между ними! ’о туда, то сюда.

Ќу что ж, обратимсЯ к внутреннему опыту. € вот что интересно: опыт как будто подтверждает обе теории, каждаЯ из них по-своему истинна. ‘ одной стороны, смерть - необычайно серьезна: сами чувствуете по себе, нечего вдаватьсЯ в подробности. €ногда кажетсЯ, что это действительно непостижимаЯ бездна. Ќо напротив, напротив! …сли приглЯдетьсЯ вдумчивей, то нельзЯ не заметить в смерти весьма дикую анекдотичность.

Ќу, во-первых, сама быстрота свершениЯ и ничтожность причин, ее вызвавших. Џосудите сами, можно ли всерьез относитьсЯ к Явлению, причинами которого были укус вши или обида от плевка в лицо? Ђ мгновенность, мгновенность! €ные ведь умирают и совокупитьсЯ напоследок не успев!! „лЯ крупного событиЯ такаЯ быстрота просто неприлична.

„обавлю еще патологическую случайность и анекдотичность обстановки! Њой сосед, например, умер, объевшись холодцом.

Ќет, что ни говорите, а великие событиЯ так не совершаютсЯ. ‘ловно здесь иллюзиЯ, шуточка, некое механическое сбрасывание видимой оболочки, вроде шубы, с невидимого здесь существа - и ничего больше. Ќо все же ведь чувствуетсЯ: и трагизм, и бездна - посмотрите на лицо мертвеца; потом, отсутствие памЯти и т.д. Џочему нельзЯ предположить, что тут свЯзаны две крайности... ‚едь от великого до смешного один шаг".

ќти строки из своего дневника читал низенький, одухотворенный человек в глубине притемненной комнаты. Џо углам стоЯла тишина. Ђ вокруг человечка, его звали ’олЯ, сгрудилось не сколько полувзъерошенных, внимательно слушающих его молодых людей. Ћдна девица лежала на полу. ‚идно, это чтение - лишь продолжение долгого и истерического радениЯ о смерти. Ћбстановка была до сверхреальности тЯжела и напрЯженна, словно все демоны подсознаниЯ сорвались с цепи, сбросив земные оковы. Љазалось, невозможное даже в мыслЯх вдруг воплощалось и приобретало тотальное значение. € от этого нельзЯ было уйти.

- “довлетворюсь, удовлетворюсь! - вдруг взвизгнул один худенький, с как бы даже думающей задницей слушатель. …го глаза были в слезах.- Ќе могу Я больше!

‘лушателЯ звали Ђполлон. Ђ дело происходило на даче, в глуши, ранним утром. Ђполлон еще раз, точно уносЯсь вдаль взвизгнул и, опрокинув бутылку с водкой, выбежал из комнаты. Ћткуда-то донессЯ его вопль: "Ќе могу ждать, не могу ждать!!! ...—то же там будет?!. Ќе могу терпеть... •уже всего неизвестность!"

- ЏовесилсЯ! - завопила его подруга ‹юда, котораЯ после недолгого ауканьЯ вошла туда, куда забежал Ђпоша.

‚се переполошились, как перед фактом. ’олЯ спрЯтал дневник, чтобы его не разорвали. Њистик - Љонецкий - встал на четвереньки.

ђебЯта ходили вокруг трупа Ђполлона, как трансцендентные коты вокруг непонЯтно-земной кучки кала. ‚ладимир захохотал. ‘овершать адекватные действиЯ было как-то ни к чему. ‚се молчали, охлажденные. Ђнатолий отворил окно в открытый мир. ’руп, снЯтый, лежал на полу.

"‚от она, анекдотичность,- думал вставший с четверенек Љонецкий.- Ќо где же непостижимость?!"

‚ это времЯ раздалось ласково-приглушенное хихиканье: это тонко-белотелаЯ девочка ‹иза, самаЯ юнаЯ любительница смерти, поползла к трупу. “ ‹изы Ясное, в смысле непонЯтности, лицо, оскаленные зубки, словно не ее, и глаза, которые останавливались на созерцании тумбочки, как на себе.

Ќервно подергиваЯсь всем телом, точно совокуплЯЯсь с полом, ставшим личностью, она подползла совсем близко к Ђполлону.

"‘ейчас Ђполлон закричит,- подумал Љонецкий,- ведь он так не любил ‹изу".

Ќо ‹изонька, вместо того чтобы укусить труп, как предполагали мистики, вдруг перевернулась и легла на покойного, как на некий тюфЯк, спиной вниз и повернув лицо в окно, в бездонную глубь неба, заулыбалась, точно увидела там ‘атану.

‹юда вскрикнула.

„елать было положительно нечего, но в уме мрак сгущалсЯ. ’олЯ перепрЯтал дневник. ‚ладимир принес водку, и все расселись вокруг трупа, как вокруг костра,

"Ќе забуду Ђполлона",- подумала ‹юда. Ќо мысли расстраивались, словно были точками в раскинутом по всему пространству напрЯженном ожидании.

‹изонька, лежа на покойном, поигрывала белыми пальчиками.

- “ж не хочешь ли ты отдатьсЯ на нем? - спросил откуда-то поЯвившийсЯ €ннокентий.

Ќо ‹изонька была не из отдающихсЯ. Ћна отдавалась только трупам, существующим в ее уме.

Џо полу пробежал ручной ежик. ‚се разлили водку. ‹изонька вдруг встала.

- џ знаю, что делать: надо идти до конца,- вдруг сказала она, посмотрев в стену так, будто та упиралась ей в лоб.

- „о конца, до конца, ребЯта,- заплакала ‹юда.- ‹учше нам всем повеситьсЯ... Ќадо сейчас, сейчас, вместе с Ђполлоном, перейти грань... —его тЯнуть кота за хвост?!. Џусть будет, что 6удет: лишь бы ощутить эту неизвестность... ‚едь нужно только одно движение, одно движение... слабой руки...

- Њало ты смыслишь в мистике,- сурово оборвал ее €ннокентий, которого все любили за его теплое отношение к аду.

Ћн медленно поглЯдел в сторону ‹изы, и глаза его почему-то налились сухой кровью. ‡атем, пошептавшись с ‘ухаревым, самым плотным парнишем, он, улыбаЯсь, вывел всех, кроме ‘ухарева и ‹изы, из комнаты трупа.

€ тут началось что-то несусветное. ’очно ожидание разрЯдилось в новую, еще более чудовищную форму ожиданиЯ. ‹изонька то и дело выскакивала из трупной комнаты к ребЯтам, всех целовала и хихикала в плечо Љонецкому. Ђ остальные, сгрудившись в маленькой комнатушке, бредили, вдруг почувствовав, что все кончено и теперь можно обнажитьсЯ до конца. Ћни точно целовали свою будущую смерть, выпЯтив залитые потом глаза и чмокаЯ таинственную пустоту. ЏыльнаЯ девица ’анЯ упала на пол.

€ннокентий тоже выходил к приЯтелЯм; он надел почему-то кухонный фартук и, с бородой на длинно-скуластом, как у нездешних убийц, лице, выглЯдел пугающе и наставительно.

’олстЯк ‘ухарев неопределенно вертелсЯ в трупной комнате. ‹изонька что-то нашептывала ему в ухо, точно к чему-то подготовлЯЯ. Ђ €ннокентий создал такую атмосферу, в которой умы всех нацелились не на их собственную смерть, а на какой-то другой конец. Џоэтому мольба ‹юдочки о тотальном повешенье как бы повисла в воздухе. ’олько ’анЯ принесла из чулана, сама поймав, испачкавшись в одержимости, крысу и повесила за хвост перед окном в сад. ‚се истомились от непонЯтности. Ќо в трупной комнате шло какое-то упорное приготовление. •лопали дверьми, чем-то пахло. Ќадо было как-то разрЯдитьсЯ. Ќесколько раз ‹юдочку вынимали из петли.

Ќо скоро ребЯта, благодарЯ тщательной воле улыбающегосЯ €ннокентиЯ, стали понемногу понимать, в чем дело. ’очно среди общей одержимости и безумиЯ мыслей, упирающихсЯ в неизвестность, стали поЯвлЯтьсЯ какие-то обратные, рациональные ходы, возвращающие к земной действительности, но уже на мистически-юродивом уровне.

‚се бегали, надрывно думаЯ о будущем после смерти, и истерически старались представить себе ее, от этого вены вздувались, а в глазах вместо секса было вращение душ.

- ‡автрак готов! - громогласно объЯвил €ннокентий, распахнув дверь.

…го шизофренно-потустороннее лицо сиЯло доброй и освежающей улыбкой. „омашний фартук был весь в крови, а нож обращен в пол. …го друзьЯ и так были приведены к такому исходу. Љто-то облегченно вздохнул: не надо вешатьсЯ. € тут же заикал, подумав о смерти. ’анечка облобызала €ннокентиЯ в ощеренный рот.

- ’ы наш спаситель, €нна,- пробормотала она.

‹изонька была королева завтрака. ‹ицо ее проЯснилось, словно сквозь непонЯтность проглЯдывали удавы; всЯ в пЯтнах - глаза в слезно-возвышенной моче - она колдовала вокруг нескольких огромных сковородок, где было изжарено отчлененное мЯсо Ђполлона.

"‘колько добра",- тупо подумал ‚ладимир.

‚се хихикали, чуть не прыгаЯ на стены. €менно такой им представлЯлась загробнаЯ жизнь. Ћни уже чувствовали себЯ наполовину на том свете.

Џервый кусок должна была проглотить ‹изонька. Џоюлив вокруг сковородки, как вокруг интимного зеркала, она вилкой оголенно-радостно взЯла кусок. €ннокентий остановил ее, поднЯв руку, чтобы произнести речь. Љусок, на вилке в руке, так и остановилсЯ около дамски-нервного полураскрытого ротика ‹изоньки.

- Џрежде чем начать есть, подумайте о том свете,- сурово проговорил €ннокентий.- Џодумайте напрЯженно, когда будете пережевывать. € не забывайте о душе Ђполлона.

- „а, да,- вдруг сразу войдЯ в положение, заюлил Љонецкий,- от мыслей, направленных в непостижимое, душа будет выходить вон, а Ђпошино мЯсо в животе будет смрадно впитыватьсЯ... Џроизойдет раздвоение.

- ’ес! - перебили его.

‹изонька, прикрыв глазки, пережевывала мЯсцо. Џухлые щечки ее вздувались, она ела с таким аппетитом, точно всасывала высшие слезы. ђумЯнец нежного ада горел на ее лице. Ђ в глазах пылал неслыханный интеллектуализм. Џоцеловав свое обнаженное колено, она вдруг с жадностью набросилась на оставшуюсЯ еду.

‘коро, несмотрЯ на тихий восход солнца и трепет утренних трав, все пожирали Ђполлоново тело. ЊЯсцо хрустело в зубах, и все усиленно думали, так что от остановившихсЯ на непостижимом мыслЯх стоЯл неслышно-потусторонний треск. Љазалось, весь загробный мир навис над комнатой и над жующими людьми. ‘ухарев даже не мог пощекотать оголенную ’анину лЯжку. ’олЯ припал к сковородке, лежа на полу.

‚друг во дворе закукарекал неизвестно откуда взЯвшийсЯ дикий петух.

’…Љ‘’› ЊЂЊ‹……‚ ЌЂ‡Ђ„ ‚Џ…ђ…„